Ватопед афон

Святой и Великий монастырь Ватопед

Ватопе́дский монасты́рь или Ватопе́д — православный греческий мужской монастырь на Святой Горе Афон в Греции, второй в иерархии афонских монастырей, один из самых древних, богатых и обширных.

Вид обители с вертолета.

Вид монастырского двора с башни Преображения, южная стена.

Вид монастырского двора с балкона архонадрика (гостиницы). Слева церковь Святого Пояса Пресвятой Богородицы.

Ватопедский монастырь известен в России во многом благодаря привезенной в Россию в 2011 году части пояса Богородицы. Ранее на все просьбы из других стран, в частности, из США и Румынии, Ватопедский монастырь отвечал отказом. Исключение было сделано лишь для России. Группа афонских монахов, сопровождающая пояс, на специально арендованном самолете посетила 14 городов и Серафимо-Дивеевский монастырь за 39 дней. По приблизительным оценкам поясу поклонились более 3 млн 100 тыс. паломников.

Ковчег со Святым Поясом Пресвятой Богородицы.

Портик перед входом в Обитель. Список чудотворной иконы Матери Божией «Закланная” отправляется в Россию на подворье Валаамского монастыря в Санкт-Петербурге.

Пояс Богородицы, разделенный в настоящее время на три части, является единственной реликвией, сохранившейся от Ее земной жизни. Согласно преданию, пояс был изготовлен самой Богородицей из верблюжьего волоса, а после Ее успения и воскресения передан апостолу Фоме.

Множество чудес и исцелений видели люди с верой обращающиеся к Богородице, особую помощь получают бесплодные женщины, которым по их просьбе дают часть ленты, освященной на святом поясе.

Помимо этой великой святыни, в Ватопедском монастыре также хранится множество других чудотворных реликвий, икон, мощей, привлекающих верующих со всего мира. Ежедневно Обитель принимает от 80 до 150 паломников. В Ватопедском монастыре хранится 3500 икон, 2200 рукописей, 350 000 документов и 40 000 первопечатных книг,множество произведений искусства.

Библиотечный фонд обители. Творения святого Иоанна Златоуста. Венеция 1786 г.

Богослужебные лжицы из горного хрусталя в позолоченном окладе. Работа французских мастеров XIV века.

«Япис”, Позолоченное серебряное основание с вплетенным в орнамент именем ктитора.

В нашем приложении содержится описание истории, происхождения, чудес связанных со многими иконами Обители: Богородица «Виматарисса», Богородица «Антифонитрия» (Ответчица), Богородица «Элеуса» (Милостивая), Богородица «Элеовритисса» (Елеоточивая), Богородица «Пантанасса» (Всецарица), фресками Богородица «Парамифия» (Утешение), Богородица «Эсфагмени» (Закланная), Богородица «Пироволифиса» (Простреленная).

Чудотворная икона Божией Матери «Закланная”.

В монастыре хранятся часть Животворящего Креста Господня, честной пояс Пресвятой Богородицы, частицы мощей святых: Григория Богослова, Андрея Критского, апостола Варфоломея, великомучеников Феодора Стратилата, Параскевы, Кирика, Сергия и Вакха, священномученика Харалампия, великомученика Пантелеимона, Трифона, Иоанна Милостивого, архидиакона Стефана, великомученика Димитрия Солунского.

Крест с частицей Животворящего Древа Господня.

В 1990 году архитектурный комплекс Святого монастыря (в общей сложности 35 000 квадратных метров жилых площадей) находился в плачевном состоянии из-за продолжительного отсутствия систематического ремонта, многочисленных повреждений, нанесенных временем, и срочной необходимости провести реконструкцию с учетом современных требований.

Афонская академия (Афониада) и принадлежащий ей акведук (водовод) в развалинах.

Уже в 1992 году монастырь принял 3026 посетителей; это число постоянно увеличивалось и, вопреки первоначальным прогнозам, на сегодня достигло 25 000 гостей, проводящих ночь в монастыре, в год.

Вид на соборный храм со стороны трапезной.

Паломники ждут начала трапезы на соборной площади монастыря.

Трапезная.

Результатом столь методичного и тщательного ухода за памятниками стало получение общеевропейской награды, присуждаемой организацией Europa Nostra, за образцовую реставрацию ризницы и превращение ее в музей.

Вот что поведал нам архимандрит Ефрем об организации жизни в обители.

Управление монастырем

Ватопедским монастырем, так же как и прочими обителями, управляют игумен и старшие монахи, которые все вместе составляют Совет старцев или Священный собор обители. Игумен и двое специально назначенных монахов представляют собой исполнительную власть, приводящую в исполнение решения Совета старцев и руководителей братии.

Правила внутреннего распорядка регулируют в мельчайших подробностях управление монастырем, а также проведение Святых соборов, как регулярных, так и внеочередных.

Игумен ― должность выборная, он избирается монахами, обладающими правом голоса, и занимает свою должность до конца жизни. Ежегодно 1 января Священный собор назначает каждому монаху особую работу (послушание).

Ватопедское монашеское братство, 2011 г.

Молитва в монастыре

Обычно монахи собираются на общую молитву в соборном храме, где проводятся полунощная служба, заутреня, часы, божественная литургия, вечерня и повечерие.

Конечно же, помимо молитв в соборном храме каждый монах может предаваться молитве в собственной келье, чтобы в конечном итоге добиться выполнения предписания Святого Павла «непрестанно молитесь». Это достигается повторением молитвы «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя». Читая эту молитву, каждый монах может молиться и сверх того, что он молится во время служб, предписанных в Богослужебном уставе, и, в зависимости от чистоты душевной, праведности и степени самосовершенствования, даже во сне ― как сказано в писании «Я сплю, а сердце мое бодрствует». Кроме того, приветствуется изучение трудов Отцов Церкви, которое считается праведным занятием для каждого монаха и продолжением молитвы. Среди основных трудов, которые читают монахи, перечисляются труды Василия Великого, Иоанна Лествичника, Аввы Дорофея, Иоанна Дамаскина и «Добротолюбие». Помимо этого во время совместных трапез в трапезной вслух читаются жития святых, праздничные чтения, комментарии к Священному Писанию на день и другая свято-отеческая литература

Келья Геронды Иосифа Ватопедского. На клиросе церкви преподобного Иосифа Исихаста.

Труд монахов

Сутки монаха разделены на три равных части, по восемь часов каждая, посвященные, соответственно, молитве, труду и отдыху. Задания монахам (послушания) распределяются Святым собором обители, исходя из образа жизни старцев обители и из того, что необходимо для беспрепятственного управления Обителью и выполнения прочих духовных функций. Основные труды приходятся на долю игумена, специально назначенных монахов и представителей обители в Святом Киноте Святой Горы. Кроме этого существуют послушания секретаря, ризничего, библиотекаря, монаха, следящего за порядком проведения литургий, церковных служителей, поваров, работников трапезной, монахов, принимающих гостей, садовников и т.д.

В пекарне Обители.

В сборе урожая винограда участвует вся братия.

В винном погребе Обители. Часть вина разливают по бутылкам для продажи, часть выставляют на трапезу.

В Ватопедском монастыре особую важность и историческую значимость придают труду архивариуса и монахов, ответственных за сохранение и реставрацию произведений искусства в общем. Ведь именно благодаря работе этих монахов с сокровищами монастыря был пролит свет на доселе неизвестные аспекты роли средневековой и современной греческой культуры в истории (благодаря изучению исторических документов) и в истории искусства (благодаря изучению предметов искусства).

В переплетной мастерской Обители восстанавливают обветшавшие книги.

Послушания ― это воплощение высказывания «кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом: Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих».

Старец относится к своим последователям с любовью, а ее олицетворение в жизни — смирение. Старец становится образцом смирения и любви, а послушники следуют примеру учителя.

В общежитийном монастыре через послушание каждое занятие переводит монахов на другой уровень добродетели согласно заповедям Господним.

Монахи на рыбной ловле.

В приложении вы также найдете специальное интервью архимандрита Ефрема, данное для этого проекта. Ниже отрывок беседы.

Вопрос: Скажите, пожалуйста, несколько слов слушателям, интересующимся Святой Горой и монашеством.

Ответ: Святая Гора — это место вселенское. Это место радости, любви, покаяния, молитвы, слез. Это место — чисто духовное. Место, которое хранит Божественную благодать, которое учит искусству освящения. Это центр равнения всех православных христиан. Центр, который влечет к себе многих приходящих сюда за утешением и получающих здесь великую силу. Именно поэтому старец Паисий Святогорец некогда сказал, что если бы люди правильно оценили значение Святой Горы, то закрылись бы многие психиатрические клиники.

Вопрос: Каково значение Святой Горы в современном обществе?

Ответ: Общество сегодня запутанно, пребывает в смятении и, прежде всего, в отдалении от правильного понимания духовности. И поэтому, значение Святой Горы в том, чтобы на основе личного опыта объяснить людям, как найти благодать Святого Духа и как духовно преуспеть в жизни. Наш приснопоминаемый Геронда Иосиф Ватопедский говорил: «Я не встречал человека без Бога, а вот недочеловека без Бога встречал». Поэтому так важно, чтобы приходящие сюда люди брали пример с монахов, которые возрастают здесь во благодати Божией и на основе личного опыта учат их правильным отношениям с Богом.

Архимандрит Ефрем, игумен Великого Монастыря Ватопед.

Находится рядом с морем, между монастырями Эсфигмена и Пантократора. Этимология названия монастыря неизвестна, зато достоверно установлено, что обитель построена на месте древнего города Дион (города Зевса). Согласно преданию монастырь был основан между 972 и 985 гг. тремя учениками Св. Афанасия: Николаем, Антонием и Афанасием.
Существует легенда, объясняющая происхождение названия Ватопед. Она относится к эпохе правления Императора Феодосия (IV в.). Аркадий, сын Императора, находился с придворными на борту корабля, возвращавшегося в Константинополь из Рима. В пути случился шторм, и недалеко от местечка Имброс Аркадия смыло за борт, он исчез в волнах. Убежище от бури корабль нашел там, где в настоящее время стоит Ватопедский монастырь. Скорбящие придворные неожиданно увидели Аркадия, мирно спавшего под кустом куманики. Мальчик рассказал им, что он был спасен чудесным образом Богородицей. Его отец, Император Феодосий, в благодарность воздвиг на этом месте монастырь, который в дальнейшем стали называть Ватопед (вато — куст, педион — ребенок).
Освященный в честь благовещения Пресвятой Богородицы монастырь Ватопед отмечает свой престольный праздник 25 марта по Юлианскому календарю.
Пика своего расцвета монастырь достиг в XI веке, что позволило ему занять в иерархии афонских обителей второе место. В этот период обитель процветала, получая серьезную помощь от Императорского двора династии Комнинов. Ватопед считался в то время богатым и привилегированным монастырем, управляющим десятью зависимыми от него менее крупными монастырями, большинство которых было впоследствии разрушено в результате поразивших Святую Гору катастроф.
Тем не менее, Ватопед, как и многие другие монастыри, во времена нашествий пиратов пережил периоды кризиса. Этот факт вынудил монашескую общину перейти от киновиального устройства к идиоритмическому.
Во второй половине двенадцатого века в обитель пришли двое наиболее известных святых Ватопеда — иноки Симеон и Савва, отец и сын, сербы царственного происхождения. Они воссоздали разрушенный монастырь Хиландар, отданный им Ватопедом. Восстановление осуществлялось на средства, выделенные сербской знатью. Ватопед и Хиландар поддерживали тесные отношения, помогали друг другу и совместно встречали праздники.
В XVII веке в монастыре находилось 300 монахов. В следующем веке Ватопед снова оказался на подъеме. Это позволило основать в монастыре знаменитую Афонскую школу, в которой преподавали и обучались многие известные богословы и деятели культуры той эпохи.
Соборный храм монастыря благовещения Божьей Матери построен на рубеже X-XI веков и имеет много общих черт с храмом Великой Лавры. Кроме фресок македонской школы XIV века церковь украшена прекрасной византийской мозаикой, которая не встречается больше ни в одном монастыре Святой Горы.
Библиотека Ватопеда является одной из самых богатых на Афоне и содержит около 10000 книг и 1700 рукописей.

В монастыре хранятся следующие святые мощи: главы Святителя Григория Богослова и Святителя Андрея Критского; нога Апостола Варфоломея; части мощей великомученика Феодора Стратилата; стопа преподобномученицы Параскевы Римляныни; частица мощей мученика Кирика; часть главы мучеников Сергия и Вакха; часть главы священномученика Харалампия; часть правой руки священномученика Ермолая; часть правой ноги великомученика Пантелеимона; часть руки мученика Трифона; часть руки Святителя Иоанна Милостивого; часть плеча Архидиакона Стефана; часть руки великомученицы Марины; глава преподобного Евдокима Ватопедского; часть главы Святителя Модеста; честное миро великомученика Димитрия Солунского; Честный пояс Богородицы.

В настоящее время игуменом монастыря является архимандрит Ефрем.

Архитектура монастыря

Главный храм монастыря построен на месте более старого, разрушенного арабами в 9 веке. Сегодня это один из наиболее обширных соборов всей Святой горы. Он освящен в честь Благовещения Пресвятой Богородицы. Сделанные в 14 веке росписи собора практически утрачены и закрыты росписями 18-19 века.

Близ главного храма расположена колокольня — старейшая и самая высокая на Афоне. Ее постройка датируется 1427 годом а высота 25 метров.

Также в Ватопеде 16 параклисов (малых храмов):

  • Рождества Богородицы;
  • Успения Пресвятой Богородицы;
  • в честь Пояса Пресвятой Богородицы;
  • свв. Апостолов;
  • Преображения Господня;
  • св. вмч. Георгия Победоносца,
  • св. Иоанна Предтечи;
  • прп. Онуфрия Великого;
  • свв. Архангелов;
  • и другие.

В монастыре 31 часовня, 12 из которых внутренние.

В Ватопед входят также 2 скита и 27 келий на территории и за пределами Афона.

Чудотворные иконы Ватопеда

Монастыри Святой горы славятся чудотворными иконами Богородицы. В Ватопеде особо почитаются несколько таких образов:

  • Икона «Увещание» («Парамифия») XIV век — по преданиям, икона предупредила игумена о нападении пиратов гласом и изменением положения ликов. Ныне у нее просят исцеления от недугов, защиты от несчастий, стихийных бедствий, эпидемий. Один из почитаемых списков иконы хранится в Москве, в Афонском храме Новодевичьего монастыря.
  • Икона «Всецарица» (Пантанасса) — также именуемая «Губительницей раковой язвы», ей молятся об исцелении от этого заболевания.
  • Икона «Елеоточивая» на кухне монастыря славится благоуханием и чудом наполнения елеем сосудов;
  • Икона «Ктиторская» в алтаре соборного храма.
  • Икона Пресвятой Девы «Закланная» — ударивший икону кинжалом дьякон был наказан слепотой, а после смерти рука его почернела и стала нетленна;
  • Икона Божьей Матери «Предвозвестительница» или «Живоприятная» — от нее предупреждающий глас услышала царица Плакидия, дочь императора Феодосия.
  • Икона «Простреленная» — пронзенная стрелой турка, который впоследствии потерял разум и повесился у входа в монастырь.

Паломничество в Ватопед

Как и во все монастыри Святой горы, приехать сюда могут только мужчины или мальчики. Женщины на Афон не допускаются. Для поездки понадобится пакет документов:

  • загранпаспорт, с датой окончания не менее полугода на момент поездки;
  • виза в Грецию (шенгенская);
  • диамонитирион — допуск на территорию Афона, бывает двух видов:
  • «генико» дает возможность получить приют и в любом монастыре, где есть возможность принять паломника;
  • «идикон» — для посещения конкретного монастыря, который берет на себя размещение и питание приглашенных.

Попасть на Афон можно морем, на пароме («караваки») из Урануполи (Уранополис, находится на границе Афона).

Чтобы ничто в паломническом путешествии не отвлекало вас от восприятия особого духа, атмосферы, отличающей земной удел Пресвятой Богородицы, доверьте организацию поездки паломнической службе Товия. Мы возьмем на себя вопросы, связанные с комфортным перемещением, питанием и размещением на ночлег, а православный гид поможет больше узнать об истории и чудесных святынях монастырей, окажет информационную поддержку в любых вопросах, связанных с паломничеством.

На главную

Часть 1. Москва-Салоники-Урануполис

Соборный храм Ватопеда, к слову сказать – построенный в X веке, один из самых больших на Афоне и освящённый в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, был полон молящихся. Я смог войти и встать у самого входа, в притворе, дальше было не протиснуться. Естественно, ни одной свободной стасидии там уже не было.

Среди людей я смог разглядеть некоторых наших паломников, с которыми ждали погоды в Уранополисе, и кроме того – в храме было много полиции, чиновников в строгих костюмах и даже пожарных. Два полицейских то и дело оттесняли паломников, настойчиво требуя не загораживать проход и не мешать службе. По этому проходу из главного предела к центральному выходу постоянно бегали служащие монахи, проходили важные люди. Фотографировать или снимать на камеру в храме полицейские тоже не позволяли. Признаюсь: как только я вошел в храм, я несколько смутился от количества людей и от количества часов, которые мне предстояло провести на ногах. В глубине души я рассчитывал, что в храме все-таки будут свободные стасидии, а в них выстоять ночную службу гораздо легче. В нашем московском храме отстоять, к примеру, 3-4 часовую ночную пасхальную службу, когда яблоку негде упасть, не всегда просто без подготовки. Но в этот день, а точнее в эту ночь, решимость моя была на пределе: буду молиться до тех пор, пока будут силы!

Описать все чувства, которые испытываешь на афонской службе, простыми словами, наверно, невозможно. Проще один раз испытать это самостоятельно. В житии равноапостольного князя Владимира сказано о том, как к нему приходили разные послы и уговаривали принять их веру. И князь послал мудрых людей в разные страны, чтобы исследовать веру других народов. Когда же вернулись послы, побывавшие на византийском богослужении, то сказали князю: «Не знали – на небе или на земле были мы, ибо нет на земле красоты такой, и не знаем, как и рассказать о том. Знаем только, что пребывает там Бог с людьми». И это действительно так! В Ватопеде, по признанию многих паломников, службы представляют собой что-то совершенно невероятное. Вся служба проходит в темноте, только при свете многочисленных свечей и лампад, за которыми постоянно и внимательно следят монахи. Чтение молитв и псалмов, прерываемое пением красивыми голосами мужского хора, и все это на греческом языке, превращает службу в некое красивое, таинственное и невероятное действо. А уж когда монахи начинают раскачивать паникадило и хорос то вообще создается впечатление полета в космосе сквозь звезды, от чего душу, ум и сердце охватывают совершенно неземные ощущения. Сегодня в храме было так же прекрасно и таинственно. На игуменском месте сидел неизвестный мне иерарх Греческой Церкви, в Алтаре молились другие священники высокого ранга, приглашенные по случаю престольного праздника. Вел службу настоятель Ватопеда – игумен Ефрем, известный нам со времени принесения в Россию Пояса Пресвятой Богородицы и разразившегося после этого скандала. Правда, отца Ефрема я так толком и не увидел: при таком скоплении паломников большую часть службы я вообще только слышал.

По мере приближения службы к полуночи, из храма время от времени расходились по своим келиям паломники, благодаря чему я постепенно смог пробраться в основной придел и уже не только слышал службу, но и видел ее своими глазами. Монахи вынесли из Алтаря особо почитаемую икону Божией Матери «Алтарница», ту самую, от которой берет свое начала монастырь Ватопед, и которая прославилась еще и тем, что 70 лет простояла на воде в колодце, вместе с неугасимой свечей, когда ее спрятал туда один монах во время пиратского нашествия.

«Алтарницу» редко выносят из Алтаря, где она постоянно стоит на горнем месте, рядом со все той же неугасимой свечей. Обычно это происходит на большие праздники, так что мне очень повезло, и возможно я смогу к ней даже приложиться. Сейчас к ней подойти пока еще нельзя – икону оградили специальным ограждением, а откроют его в конце службы, когда монахи, а затем и паломники, будут прикладываться к иконам и благословляться у священнослужителей. А вот и икона Божией Матери «Всецарица»! Это одна из моих самых любимых икон Богородицы. В России есть много чудотворных списков «Всецарицы», как правило, все они большие, величественные. Сама же икона, ее первообраз тут в Ватопеде, такая непривычно маленькая, наверно формата А3, пожалуй, самая маленькая среди семи чудотворных икон монастыря, но вместе с тем такая добрая и теплая! Находится она слева от Царских Врат, перед колонной. В афонских храмах есть такой обычай: перед любой иконой, даже если она в иконостасе, вешают ее список на доске гораздо меньшего размера. Делается это, наверно, для сохранности самих икон: прикладываются не к первообразу, а к его списку. Правда есть несколько чудотворных икон на Афоне, перед которыми не установлен список. Например «Иверская» или «Скоропослушница». Они полностью закрыты специальным толстым стеклом. Но что касается «Всецарицы» — тут все иначе! На массивной колонне изображен внушительный список с нее, а сам первообраз расположен внизу.

Конечно, стоять на такой длинной службе, да еще и с непривычки, очень непросто. Уже глубокой ночью у меня стали болеть ноги, я боролся со сном, пытаясь не отключиться прямо стоя на службе. Один раз мне удалось присесть на освободившуюся рядом стасидию, но продлилось это блаженство не больше десяти минут. Ко мне подошел монах и знаками попросил уступить место другому монаху. Однако должен признать, что если бы я просто слушал службу и не молился, я бы наверно не выдержал и свалился еще часа в два ночи. В эту ночь я молился так, как, наверно, не молился еще никогда. Было к этому какое-то внутреннее произволение. Я непрерывно молился о себе, родителях, духовенстве, всех родных и близких мне людей, мысленно перебирал в уме выученные наизусть имена из помянника. Это был невероятный молитвенный опыт. К сожалению, в светской жизни повторить даже что-то близкое к той ватопедской молитве весьма непросто. Часто, даже придя в храм на богослужение и начав молиться, через некоторое время понимаешь, что мысли улетели куда-то далеко от молитвы и нужно начинать заново. Но на Афоне даже воздух помогает в усердной молитве. И особенно явно я понял это сейчас – на первом в своей жизни ночном монастырском богослужении.

В двенадцать часов ночи был небольшой перерыв – чуть меньше часа. Я сначала не понял, что нужно делать и куда идти. Первым из храма вышел тот иерарх, который сидел на игуменском месте, а за ним вся братия. Проходя мимо меня, иерарх вдруг остановился. Немного растерявшись, я первым делом подумал, что нужно отойти в сторону, сделать проход из храма еще больше. Но, наверно почувствовав мою растерянность, этот священнослужитель улыбнулся, благословил всех нас двумя руками, а потом раскинул их в стороны, чтобы каждый мог приложиться. Его сразу же окружили со всех сторон и, исполненный благодатью, я первый приложился к его руке и отошел в сторону, пропуская других паломников.

Когда из храма почти все вышли, я подошел к «Всецарице» и с непередаваемым чувством благоговения и нежности встал на колени и начал молиться. Рядом со мной точно так же встали на колени еще несколько человек, а другие паломники подходили, прикладывались и уходили. Помолясь и приложившись к иконе, я решил воспользоваться моментом и почитать акафист «Всецарице», который привез с собой. Но тут к нам из Алтаря вышел монах и на чистом русском языке сказал: «У нас сейчас короткий перерыв и уборка, поднимайтесь наверх вместе со всеми!». Оставшиеся в храме люди стали быстро уходить, а я достал из кармана, завернутые в пакетик, золотые украшения, которые просила меня передать в дар монастырю моя мама, и протянул монаху. На словах объяснил что это, кому и зачем. Монах учтиво принял от меня этот пакетик, много раз поблагодарил, поклонился и сказал, что выполнит мое поручение. Уходя обратно в Алтарь, он обернулся и спросил: «Как имя вашей мамы и ваше имя?». «София и Артемий» — сказал я. «Спасибо! Поднимайтесь наверх по лестнице, которая сразу при выходе из храма!». «А что там?» — я так и не понял, куда все пошли. «Там для вас угощение» — сказал мне этот монах и ушел.

Непосредственно рядом с храмом есть трехэтажное здание, в котором находилась трапезная и келии. Я поднялся на третий этаж в трапезную, но туда не пускали паломников – монахи просили всех рассаживаться на стулья и кресла вдоль коридоров всех трех этажей. Усевшись в кресло недалеко от входа в трапезную, я смог ее рассмотреть. Это был огромный зал с высокими окнами, весь заставленный столами и стульями. В центре зала, на некотором возвышении, стояли особенно красивые столы и удобные кресла. За них сажали особо почитаемых гостей. В трапезную пригласили только монахов монастыря и священников, некоторых приглашенных влиятельных людей и чиновников. Человек десять из братии, задействованной на послушании, выполняли функцию официантов. Насколько я понял, приглашенных угощали какими-то незначительными сладостями, а также чаем и кофе. Никаких яств и деликатесов не было – шел Великий пост! Спустя некоторое время другие монахи на больших подносах стали разносить воду и сладости паломникам, сидевших вдоль коридоров. К двенадцати часам многие из тех, кто был в храме с самого начала службы, уже давно разошлись по своим келиям спать, так что у монахов не заняло много время оббежать все три этажа и раздать угощение. В качестве угощения были небольшие зефирки из кокосовой стружки, замешанной на клубничном джеме и покрытые постным шоколадом. Очень вкусные и сытные, правда, немного приторные из-за джема. А мне так вообще достались две такие зефирки – потом раздавали остатки! Вся эта скромная трапеза длилась не более 45 минут. Подкрепившись, все монашество и духовенство так же дружно вышли из трапезной, и пошли обратно в храм. У паломников появилась возможность зайти внутрь и попросить еще воды или кофе. Мне очень хотелось пить после сладкого зефира, и я тоже пошел туда вместе со всеми.

И вот как только я переступил порог трапезной, Промыслом Божиим, нос к носу столкнулся с монахом Прохором, тем самым монахом, который год назад знакомил с монастырем русских паломников, и с которым мне удалось познакомиться лично и даже немного пообщаться. Монах Прохор как-то сразу запал в сердце еще тогда, он показался очень добрым, внимательным и отзывчивым человеком. Мне очень хотелось встретиться с ним в этот раз, и вот Матушка Богородица свела нас лицом к лицу. Ватопед большой монастырь и монахов в нем подвизается тоже достаточно много. В суете праздничного богослужения и наплыва гостей такая случайная встреча с Прохором была почти невозможна. Но у Бога нет ничего невозможного! Монах Прохор меня, конечно же, не узнал, однако мы с ним тепло поздоровались и обнялись. Видимо сегодня он был на послушании, в службе не участвовал и постоянно бегал по монастырю, помогая всем, кто только в нем нуждался. Усталость читалась на его лице, а в голосе слышалась некоторая нервозность. Наверно он уже много часов без отдыха. Первое, что я ему сказал – спросил, где можно взять воды. Я совершенно не хотел лишний раз нагружать Прохора своими просьбами, и сам бы мог сходить на кухню, но в ответ мне Прохор резко развернулся и буквально побежал на кухню за водой. Уже через пол минуты он вернулся и принес мне большой стеклянный стакан холодной воды. Дай Бог ему здоровья! Вкуснее той воды я еще не пил! Однако я дерзнул высказать ему еще одну свою просьбу: «Отец Прохор, вы могли бы дать мне маслице от семи чудотворных икон Божией Матери, которое раздают вместе с поясками? Мне нужно хоть бы 5-10 пузырьков, раздать нашим прихожанам в Москве. Многие нуждаются в исцелении и помощи, а совершить паломничество на Афон могут далеко не все». Прохор почесал бороду, пожал плечами и сказал: «Ой, не знаю… Сегодня все на послушании, такая суматоха… В Алтарь просто так не зайдешь… В обычный день это просто, а сейчас… Ну хорошо, я ничего не обещаю, но найдите меня потом в храме и я постараюсь что-нибудь сделать!». Надо признать, что моя просьба в этот день действительно была сложной для выполнения: праздничная служба, много гостей и приглашенных священнослужителей, всенощное бдение в полном смысле слова, а пузырьки с маслом хранятся в Алтаре. Я все это прекрасно понимал, но даже за то, что Прохор просто согласился даже не выполнить мою просьбу, а только постараться, я был ему очень благодарен! И даже на душе стало как-то теплее и радостнее после нашего с Прохором короткого разговора в трапезной. Забегу вперед и расскажу, что уже через пол часа после нашего с ним разговора, пробегая мимо меня в храме, монах Прохор резко остановился, подошел ко мне почти вплотную, пытаясь разглядеть мое лицо в темноте храма, и сказал: «Так, это вы просили масло, да?». «Да, отче!». «Стойте здесь, никуда не отходите!» — сказал мне Прохор. И опять убежал. Но через минуту вернулся и сунул мне в руку три пузырька масла! «Спаси Господи!» — сказал Прохор и убежал! Мне оставалось только учтиво ему поклониться и сказать вслед: «Спасибо!» Вот такой вот добрый поступок обыкновенного афонского монаха по отношению ко мне и моим чаяниям. Меня очень тронуло его внимание и стремление помогать всякому, кто попадается на пути, даже если это сложно или есть множество веских причин отказать в просьбе. В мирской жизни такое встречается чрезвычайно редко!

Второй перерыв ночной службы должен был быть с 4 до 6 утра, в это время предполагалась возможность поспать, как паломникам, так и монахам. Но как возможно отдохнуть за это время, я так и не понял. И вот почему. На самом деле служба задержалась и закончилась не в 03:50, а в 04:30. К этому моменту я уже очень сильно устал и хотел спать. Глаза буквально закрывались, я боялся заснуть стоя и упасть. Но по каким-то причинам служба задерживалась и из храма все вышли только в половине пятого утра. Монахи и немногочисленные паломники почти моментально разбежались по своим келиям. Я же в кромешной темноте, практически на ощупь, стал пробираться в сторону корпуса, где мне выделили койку. В принципе, меня бы вполне устроило посидеть где-нибудь на лавочке и подремать, но на улице было весьма холодно и сыро. А в корпусе с трапезной, который ближе всех к храму, скоротать время до следующей службы, устроившись на какое-нибудь кресло в коридоре, монахи не разрешали – все те, кто не прописан на ночлег, находиться там не могут. Да и сам корпус закрывался на ночь изнутри. Как не хотелось, но пришлось идти в келью. Пока я до нее добрался и поднялся по скрипучей лестнице на третий этаж, прошло еще минут 15. На этаже и в кельях была абсолютная тишина. Со службы сюда пришел я один, все остальные или не были вовсе, или ушли спать гораздо раньше. Тихо подошел к двери своей кельи, открыл ее и понял, что свою кровать найти не смогу: если даже ее никто не занял, то в абсолютной темноте я перебужу всех, пока найду ее. Там реально было совершенно темно. Тусклая лампочка горела только в коридоре. Закрыв дверь келии я стал всматриваться в коридор, лихорадочно ища хоть свободный стул или подоконник, куда можно было бы привалиться на часок! И, о чудо! В глубине коридора я увидел свободную кровать! Господи, Слава тебе! Целая кровать, с подушкой и одеялом, да еще и ни кем не занятая! Я быстро, но тихо, пошел по коридору, одновременно рассуждая: из храма я шел сюда один, или уж точно самый последний, значит, эта койка наверняка ни за кем не закреплена и я могу ее занять. Подойдя к кровати, я буквально упал в нее – ноги страшно гудели и нестерпимо хотелось спать. Оставалось только завести будильник на 6 часов утра, чтобы все-таки сходить на продолжение службы. Снял обувь, укрылся одеялом и моментально уснул. На часах было 04:50 утра. Правда, сон мой не был глубоким: я чувствовал, как болят с непривычки ноги. Гудят, ноют. А кроме того, примерно через десять минут, после того как я уснул, на скрипучем полу коридора послышались чьи-то шаги. Кто-то несколько раз прошел вдоль коридора туда и обратно, явно ища места. Приоткрыв один глаз, я увидел мужчину, облаченного в подрясник, возможно это тоже паломник из России. Наверно я занял его место или он запутался в этажах и коридорах. Признаюсь, у меня был порыв подняться и спросить, не его ли койку я занял, но уставшее тело не позволило мне это сделать. Я был просто физически не в состоянии сейчас подняться с кровати и что-либо говорить. Через пять минут этот человек вышел из коридора. Да простит меня Господь, если это по моей вине он не мог найти себе место для ночлега!

Еще до того, как у меня сработал будильник, я услышал активное движение в коридоре – паломники проснулись и выходили на службу. Правда, конечно, далеко не все, кто там ночевал сейчас. И вот ровно в 06:00 мой телефон под подушкой начал отчаянно вибрировать, понуждая меня вставать и идти на службу. Чуть больше часа на сон. А ведь служба уже началась! Значит, монашество и духовенство монастыря или вообще не спало, или спали максимум минут 40 – в храм надо прийти заранее, затеплить лампадки, все приготовить. Плохо соображая я свесил ноги с кровати и сидел так минут пять. Мимо меня по коридору то и дело пробегали какие-то люди, спешащие на службу. Усилием воли я встал, одел обувь и куртку, взял сумку и пошел на выход. На улице уже светало. Пасмурное небо обильно поливало афонскую землю мелким дождем. Служба шла не в самом храме, а в беседке у главного входа в храм, где находился источник воды. Вокруг беседки столпилось человек пятьдесят паломников. Судя по всему, шел водосвятный молебен.

Туда же, в беседку, перенесли и икону Божией Матери «Алтарница». Все монашество и духовенство в полном облачении заполнили беседку, исполняя каждый свое послушание на богослужении. По их лицам нельзя было сказать, что на сон они потратили от силы час за последние сутки-двое. Их глаза были, как и прежде, полны бодрости и благоговения. Зато по моему внешнему виду было понятно, что я плохо понимаю все происходящее и где я вообще нахожусь. Подойдя ближе, я встал вместе со всеми паломниками и мысленно начал повторять утренние молитвы. К счастью, прохладный дождик достаточно быстро привел меня в чувства и уже через 10 минут сон и усталость как рукой сняло. А скорее всего это была Помощь Богородицы мне немощному! Примерно через 30 минут меня вдруг осенило: я же могу зайти в храм и прочитать там акафист перед иконой «Всецарицы»! В храме сейчас никого быть не должно и если меня оттуда не попросят, то я смогу спокойно помолиться. Я оказался прав: в главном приделе храма, распределившись по стасидиям, молилось не больше 10 человек. Может из-за дождя, а может по каким-то своим надобностям, они не участвовали в уличной службе. Меня это вполне устраивало: в храме было очень тихо, и только с улицы доносились молитвы и песнопения. Устроившись в самую ближайшую к иконе свободную стасидию, я открыл акафист и стал читать. Тут я понял, как своевременно пришла мне в голову эта мысль. Если бы сейчас в храме шла служба, то я бы не смог так прилежно почитать акафист. Как минимум я бы просто не смог подойти близко к иконе из-за скопления паломников и монахов. И вот, действительно, Промысел Божий: в ту секунду, как только я дочитал акафист, в храм с песнопениями торжественно внесли «Алтарницу», зашли все священнослужители, монахи, а вслед за ними толпа паломников.

Богородица дала мне возможность в тишине помолиться, ведь я так этого хотел! Душа моя ликовала! Слава Богу за все!

Остаток службы, которая переместилась с улицы в храм, я уже почти не помню. Да и достоять ее до конца я не успевал: в восемь часов за мной должен был приехать Юра. Без пятнадцати восемь я вышел из храма, позвонил Юре и сказал, что готов ехать. Затем немного погулял по территории монастыря. Очень хотел зайти в лавку, но она была еще закрыта. Когда я всматривался в стеклянную дверь лавки, вдруг подошел монах, открыл ключом дверь и зашел внутрь. При этом, проходя мимо меня, он по-русски сказал, что лавка открывается с 10 часов утра. В принципе, я знал, что завтра или послезавтра, еще приеду в Ватопед, специально за покупками, но на всякий случай попросил этого монаха о возможности подать записки. Он любезно запустил меня в лавку, где я быстро положил записки в специальный ящик, в другой ящик опустил деньги и вместе с монахом вышел из магазина. Даже если по каким-то причинам я сюда не смогу приехать еще раз за время этого посещения Афона, то уж по крайней мере буду знать, что ватопедские монахи помянут на литургии всех, кто был указан в моих записках. А это уже большое дело. Вскоре за мной приехал Юра, я погрузился в машину и мы поехали обратно в Карею к отцу Иосифу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *