Связный рассказ о житийной литературе

Русской литературе без малого тысяча лет. Это одна из самых древних литератур Европы. Она древнее, чем литературы французская, английская, немецкая. Ее начало восходит ко второй половине X века. Из этого великого тысячелетия более 700 лет принадлежит периоду, который принято называть «древней русской литературой».

Древнерусская литература вплоть до XVII века не знает или почти не знает условных персонажей. Имена действующих лиц – исторические: Борис и Глеб, Феодосий Печерский, Александр Невский, Дмитрий Донской, Сергий Радонежский, Стефан Пермский…

Ни одно из произведений Древней Руси – переводное или оригинальное – не стоит обособленно. Все они дополняют друг друга в создаваемой ими картине мира. Каждый рассказ – законченное целое, и вместе с тем он связан с другими. Это только одна из глав истории мира.

Одной из таких картин служит Житие, призванное стать биографией духовных и светских лиц, канонизированных христианской Церковью. В основе Жития лежала биография героя, чаще всего исторического лица, известного самому автору лично или по рассказам его современников. Целью Жития было прославить героя, сделать его образцом для последователей и почитателей. «Житие не биография, а назидательный панегирик в рамках биографии, как и образ святого в Житии не портрет, а икона». Живые лица и поучительные типы, биографическая рамка и назидательный панегирик в ней, портрет и икона – это необычное сочетание отражает самое существо житийного художественного способа изображения. Необходимо подчеркнуть важность житийного жанра, поскольку именно в нем на протяжении всего Средневековья рассказывалось о человеке. Герой Жития, независимо от его богатства или бедности, от социального положения и учености, воспринимался любым читателем как себе подобный. Читатель мог видеть себя в этом герое, мог ему завидовать, брать с него пример, вдохновляться его подвигами. Судьба человека и более того – попытки заглянуть в его внутренний мир, поэтизация духовного подвига не могли не привлекать к этому виду литературы сердца и умы. Это было единственное в Средние века повествование о человеческой судьбе.

Если же рассмотреть структуру Жития, то мы заметим целое литературное сооружение, некоторыми деталями напоминающее архитектурную постройку. Оно начинается обыкновенно пространным, торжественным предисловием, выражающим недостоинство автора, его многогрешность, призывание помощи Божией и святых, взгляд на значение святого в деле спасения.

Вводной части также свойственны многочисленные цитаты и параллели из священных книг. Потом повествуется деятельность святого, предназначенного с младенческих лет, иногда еще до рождения, стать богоизбранным сосудом высоких дарований; эта деятельность сопровождается чудесами при жизни, запечатлевается чудесами и по смерти святого. Житие заканчивается похвальным словом святому, выражающим обыкновенно благодарение Господу Богу за ниспослание миру нового светильника, осветившего житейский путь грешным людям. Все эти части соединяются в нечто торжественное, богослужебное: Житие и предназначалось для прочтения в церкви на всенощном бдении накануне дня памяти святого.

Житие обращено, собственно, не к слушателю или читателю, а к молящемуся. Оно более чем поучает: поучая, оно настраивает, стремится превратить душеполезный момент в молитвенную наклонность. Оно описывает индивидуальную личность, личную жизнь, но эта случайность ценится не сама по себе, не как одно из многообразных проявлений человеческой природы, а лишь как воплощение вечного идеала.

Каноническая схема Жития служила, таким образом, наилучшим планом для изображения идеального героя и идеализированного мира, в котором он совершал свои праведные дела. Но с самых первых шагов в развитии житийного жанра канон нарушался под влиянием жизненных фактов. Нарушения эти обыкновенно почти не касались главного героя, но тем более осязательно затрагивали других действующих лиц. И чем талантливее был агиограф, тем значительнее было отступление его произведения от церковного шаблона.

Страница из великих Четьи Минеи

В Древнюю Русь с начала письменности переходят через посредство южных славян и переводятся непосредственно с греческого языка сборники Житий («минеи», «пролог», «патерики»), а также начинают составляться оригинальные Жития первых русских святых – Бориса и Глеба, Феодосия Печерского (XI век) и др. Русские авторы Житий несут в себе идеи независимости политической и церковной жизни молодого Киевского государства; порой они во многом отходят от канонов греческой агиографии.

Иногда в основу Житий кладутся лишь отдельные драматические эпизоды из жизни святых (история убийства Бориса и Глеба), вводятся внутренние монологи и эмоциональные диалоги, в ряде случаев меняется тип биографии: то это простой рассказ, богатый историческими и бытовыми наблюдениями (житие Леонтия Ростовского, XII век), то военно-патриотическая повесть (Житие Александра Невского, Довмонта Псковского, XII–XIV века), то поэтическая сказка (житие Петра и Февронии, XV–XVI века).

Второе южнославянское влияние (конец XIV – начало XV века) содействует развитию в русской агиографии витийственно-риторического стиля – «плетения словес», в результате чего возрастает эмоциональность и психологизм повествования. Появляется группа видных агиографов: митрополит Киприан, который перерабатывает Житие митрополита Петра, Епифаний Премудрый (Жития Сергия Радонежского, Стефана Пермского), серб Пахомий Логофет (Житие Кирилла Белозерского и др.). В эпоху укрепления централизованного русского государства (XVI век) агиография становится на службу идеологическим задачам правительства. Осуществляя политику Ивана Грозного в области духовной жизни, митрополит Макарий сильно расширяет сонм русских святых и руководит составлением их Житий, которые объединяются в Великих Четьих Минеях (12 огромных томов), включающих почти все обращавшееся на Руси наследие переводной и оригинальной агиографии, заново переработанное и риторически украшенное. В XVII веке составляются собрания Четьих Миней Германа Тулупова (1627–1632), Иоанна Милютина (1646–1654) и Димитрия Ростовского (изд. 1689–1705). В XV–XVII веках создается особенно большое число новых Житий, посвященных монахам Русского Севера и отразивших колонизационную роль монастырей, их борьбу за землю с крестьянством. В агиографический стиль все более вносятся черты реальной жизни, Жития постепенно сближаются с бытовой повестью (Житие Юлиании Лазаревской). Во второй половине XVII – начале XVIII века создаются новые Жития, посвященные представителям религиозного движения – раскола. Героями их становятся противники государственной Церкви, проклятые ею и гонимые царской властью (Жития Ивана Неронова, Морозовой, Кирилла Выгорецкого и др.). Это направление агиографии тяготеет к изображению народного быта и отличается «просторечием». Жанр биографии святого перерастает в жанр поучительно-полемической автобиографии «апостолов» раскола (Жития Аввакума, Епифания).

По объему излагаемого биографического материала, как правило, выделяют два вида жития: биографическое (биос) и мученическое (мартириос). Биос дает описание жизни христианского подвижника от рождения до смерти, мартириос рассказывает только о мученической смерти святого. Последняя форма – более древняя, связана с гонениями на первых христиан. В основе этого типа Житий лежат «протоколы» допросов христиан, поэтому они как бы документированы. Полная биография не берется, рассказывается только о мучениях святого.

Другая группа Житий повествовала о христианах, добровольно подвергавших себя разного рода испытаниям: богатые юноши тайно покидали дом и вели полуголодную жизнь нищих, подвергаясь унижениям и насмешкам; подвижники, оставив города, уходили в пустыни и жили там в полном одиночестве (отшельники). Особым видом христианского подвижничества было столпничество, при котором святой обитал долгие годы на вершине каменной башни – столпа, а в монастырях подвижники могли затворяться в келье, которую не покидали ни на час вплоть до смерти.

Среди византийских Житий наибольшее распространение получили переводы житий Алексия, человека Божьего, Андрея Юродивого, Варвары, Георгия Победоносца, Дмитрия Солунского, Екатерины, Иоанна Златоуста, Николая Мирликийского, Параскевы Пятницы и др.

Жития русских святых создавались на протяжении всех веков существования древнерусской литературы – с XI по XVII век. Жития эти также могут быть систематизированы по типу героев: княжеские, Жития церковных иерархов, строителей монастырей, подвижников во славу церкви и мучеников за веру, жития юродивых. Помимо этого, Жития могут быть сгруппированы по географическому принципу – по месту жизни и подвигов святого и месту возникновения Жития (киевские, новгородские и северорусские, псковские, ростовские, московские и др.).

Об авторстве тех или иных житий в ряде случаев мы узнаем из текста самих произведений, на основе косвенных данных. Нестор Летописец (XI–XII), Епифаний Премудрый (XIV–XV), Пахомий Логофет (XV) – вот наиболее известные из авторов русских житий.

Группируя жития по характеру героев, отметим:
– Жития подвижников во славу Церкви и создателей монастырей (Александр Свирский, Варлаам Хутынский, Авраамий Ростовский, Сергий Радонежский, Стефан Пермский и др.);

– Жития иерархов Русской Церкви – митрополитов (Алексия, Ионы, Киприана, Петра, Филиппа);

– Жития юродивых (Василия Блаженного, Иоанна Устюжского, Михаила Клопского и др.).

Из княжеских Житий наиболее известны Жития Александра Невского, Бориса и Глеба, князя Владимира, Дмитрия Донского и др.

Женских Житий в русской агиографии мало: Анны Кашинской, Евфросинии Полоцкой, Евфросинии Суздальской, Иулиании Вяземской, Иулиании Осорьиной, княгини Ольги.
Не обошло стороной и влияние на житийную литературу легендарно-сказочных мотивов. Местные предания иногда столь сильно влияют на авторов, что к Житиям созданные ими произведения могут относиться только потому, что герои их признаны Церковью святыми и в заглавии их может фигурировать термин «Житие», тогда как по литературному характеру это ярко выраженные сюжетно-повествовательные произведения. Это «Повесть о Петре и Февронии Муромских» Ермолая-Еразма, «Повесть о Петре, царевиче Ордынском», «Повесть о Меркурии Смоленском». В XVII веке на Русском Севере возникают Жития, полностью основанные на местных легендах о чудесах, происходящих от останков людей, жизненный путь которых с подвигами во славу Церкви не связан, но необычен – они страдальцы в жизни. Артемий Веркольский – мальчик, погибший от грозы во время работы в поле, Иоанн и Логгин Яренские – то ли поморы, то ли монахи, погибшие в море и найденные жителями Яренги на льду, Варлаам Керетский – священник села Кереть, убивший жену, наложивший сам на себя за это тяжкие испытания и прощенный Богом.

Только древнерусское Житие дает нам возможность наблюдать личную жизнь в Древней Руси, хотя и возведенную к идеалу, переработанную в тип, с которого корректный агиограф старался стряхнуть все мелочные конкретные случайности личного существования. Нередко это и своеобразная местная летопись глухого уголка, не оставившего по себе следа ни в общей летописи, ни даже в какой-либо грамоте. Такие записи чудес иногда велись по поручению игумена и братии особыми на то назначенными лицами, с опросом исцеленных и свидетельскими показаниями, с прописанием обстоятельств дела, являясь скорее деловыми документами, книгами форменных протоколов, чем литературными произведениями. Несмотря на это, в них иногда ярко отражается быт местного мирка, притекавшего к могиле или ко гробу святого со своими нуждами и болезнями, семейными непорядками и общественными неурядицами.

Жития, в свою очередь, формировали взгляды древнерусских читателей на идеал святости, на возможность спасения, воспитывали филологическую культуру (в лучших своих образцах), создавали идеальные формы выражения подвига святого.

УДК 371+373.31

ЦЕННОСТНЫЙ АСПЕКТ ОБРАЗА СВЯТОГО В ЖИТИЙНОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

© Дмитрий Валерьевич НОВИКОВ

Калужская епархия русской православной церкви, г. Калуга,

Российская Федерация, клирик, Калужский государственный университет им. К.Э. Циолковского, аспирант кафедры педагогики, e-mail: novikovdm@yandex.ru

Анализ педагогической, философской литературы позволил выявить большой ценностнообразующий потенциал житийной литературы. Изучая труды подвижников благочестия, читатель приобщается к традиционной нравственной культуре, учится уважать слабых, достигать поставленных целей через труд, переносить трудности и стеснения, видеть высшие ценности, ставить перед собой задачи и действовать по замыслу в соответствии со смыслом жизни. Яркий и эмоциональный образ святого создает условия для формирования и принятия нравственного идеала. Его действия становятся эталоном добродетельной жизни. Такие особенности житийной литературы могут быть использованы для разработки программ нравственного воспитания младших школьников.

Ключевые слова: житие; святой; ценность; нравственность.

В исследовании была поставлена цель выявить ценностное содержание житийной литературы, ее педагогические значение. Особенности, которые были выявлены, актуализировали вопросы по формированию нравственного идеала и духовно-нравственных ценностей через образ святого.

Житийная литература это один из важных педагогических средств формирования нравственной культуры младшего школьника, а также один из компонентов национальной культуры, определяющих нравственные идеалы целых поколений (см.: ).

Образ святого является носителем духовно-нравственных ценностей, выразителем общенациональных идей добра, справедливости, милосердия, трудолюбия.

Через русскую святость ребенок приобщается к истории страны, к идеалам, ценностям, питающим ее веками, жизненному укладу. Житийная литература поучительна и назидательна, насыщена яркими образами и примерами добродетельной жизни. Святые формировали нравственный идеал народа. Через это нравоучительное чтение человек познавал образцы благочестивого поведения, приобретал ориентиры в окружающем мире, научался различать добро и зло. Действия святого, его подвиги становились эталоном жизненных ценностей. Неслучайно житие называют поучением, наставлением и назиданием о благочестивой жизни. «Житие -говорит В.О. Ключевский — более чем поучает: поучая, оно настраивает, стремится пре-

вратить душеполезный момент в молитвенную наклонность. Оно описывает индивидуальную личность, личную жизнь, но эта случайность ценится не сама по себе, не как одно из многообразных проявлений человеческой природы, а лишь как воплощение вечного идеала» .

Житие называют назиданием в живых лицах, святых поучительными типами. Житие не биография, а назидательный панегирик в рамках биографии, как и образ святого в житии не портрет, а икона. Потому в ряду основных источников древнерусской истории жития святых Древней Руси занимают свое особое место . И.А. Ильин жития святых и героев (национальная святость и доблесть) относил к числу национальных сокровищ образования наряду с русским языком, поэзией, историей .

Житие уникально по своему содержанию ценностного компонента. Такие ценности, как милосердие, сострадание, любовь к ближнему, трудолюбие представлены в житийной литературе особенно ярко. Образ святого является носителем ортодоксальных ценностей, которые формировали духовный стержень русской нации. Житие построено по принципу индуктивности и в этом его одна из особенностей. От частного примера святого читателю транслируется общая система духовно-нравственных ценностей. Например, описание в житии преподобного Сергия его внешнего вида, любви к труду, простоты в общении способствуют форми-

рованию у читателя представлений о доброте, нестяжательности. «Игумен Сергий всегда ходил в бедной, ветхой одежде. Один раз в монастырь пришел крестьянин, чтобы побеседовать с преподобным. Ему указали Сергия, который в лохмотьях трудился на огороде. Крестьянин не поверил, что это и есть игумен». Пример незлобия и милосердия показан в житии преподобного Пафнутия, где описывается эпизод, когда великий князь Боровский Василий, отправил татарина Ермолая, чтобы сжечь обитель преподобного Пафнутия. «Князь Василий дал ему (татарину Ермолаю) приказание поджечь обитель преподобного, этот варвар поспешил с радостью. Преподобный, встретив татарина, ласково назвал его по имени и спросил, зачем он пришел. Такая приветливость святого мгновенно преобразила звероподобный нрав Ермолая. Он раскаялся в своем злом умысле и откровенно рассказал, зачем был послан. Потом, испросив прощение и благословение, ушел ничего не сделав дурного обители» .

Жития способствуют формированию таких основополагающих ценностей, как трудолюбие, созидательность. Большое количество житийной литературы описывает труды святых на земле, упражнениях в ремесле. В житии ничего не происходит по «по-щучьему велению». Автор дает понять, что даже чудеса исцеления, прозорливости происходят после усердных молитвенных трудов, поста, воздержания. Такое восприятие воспитывает нравственную культуру труда. Жития построены по формуле «сначала труд и терпение — потом плоды трудов», но никак не наоборот.

Труд и трудолюбие возводится в ценность нравственного порядка. Один из основателей русского монашества Феодосии Печерский заложил основы отношения к труду как деятельности богоугодной, поставив труд в один ряд с молитвой. Примеры особого почитания труда древними русскими святыми свидетельствуют о том, что «христианский идеал связывался с зарождавшимися на Руси добродетелями трудолюбия, с заботой об общем достатке монастыря, княжества или обычной сельской общины. Русские святые простотой и смирением утверждали идеалы близкие и понятные крестьянству, идущие от основ народной жизни. Русская святость расцветала на народной почве, облагоражи-

вая и одухотворяя ее» . Примером служит и преподобный Сергий Радонежский, выполнявший крестьянскую и плотницкую работу. «Игумен преподобный Сергий сам пек просфоры, кутью варил и свечи делал. Каждый вечер он потихоньку обходил все монашеские кельи. Если кто-то празднословил, игумен стучал этому брату в окошко. Наутро же звал провинившегося, беседовал с ним и наставлял». Поучителен пример преподобного Феодосия Печерского: «Феодосию было тринадцать лет, когда умер его отец. Отрок в это время стал еще усерднее к труду и вместе со своими рабами трудился в поле». Православная концепция предусматривает самосовершенствование человека через труд, который рассматривается как проявление и выражение духовной жизни.

Образ святого раскрывает суть таких добродетелей, как смирение и простота. Житие дает основы межличностных отношений между теми, кто имеет и кто нуждается. Святой независимо от своего положения работал и одевался как простой монах. Вряд ли человек, выставляющий напоказ свои богатства, титулы мог назваться святым. Преподобный Пафнутий во время строения храма «сам трудился как простой работник, нося на своих плечах камень, воду и все необходимое для постройки… Себе он выбирал все худшее и в пище и во всем, касающемся удобств, одежды: мантия, ряска, сшитая из овчины, и обувь не годилась ни одному нищему…» .

Житие не оставляет без внимания такие ценности, как любовь к своему Отечеству и народу. Показательны примеры патриотизма и преданности своей Родине в житии святых Дмитрия Донского, Александра Невского, Феодора Ушакова.

Житие актуализирует духовные ценности, способствует пониманию смысла человеческой жизни, показывает пример того, как нужно переживать тяжелые испытания, оставаясь верным своим идеалам. Образ высочайшей степени терпения, любви, самопожертвования несут жития мучеников и пример святого Иова многострадального.

В житийной литературе, описывающей подвиги преподобных, часто акцентируется внимание на самосовершенствовании человека, борьбе со своими внутренними недостатками. Поучителен пример святого препо-

добного Тихона Калужского. В поисках подходящего места для подвижнической жизни, преподобный Тихон поселился в дупле огромного дуба. Стал мучеником по произволению, умерщвляя тело строгим житием, многолетними постами, ночными стояниями на молитве. «Отшельник претерпевал невыразимые трудности. Жил в лесу зимой и летом, дремал, прислонившись к дереву, питался ягодами и кореньями, грибами и съедобными злаками, произраставшими в лесу» . Такой пример обращает устремление человека в область духовных ценностей и потребностей. Читатель понимает, что человеку не так уж много нужно, как он привык думать. Подвиг преподобного заставляет человека задуматься работать над своим духовным несовершенством. Святой становится образом и эталоном духовных ценностей и относительности материальных благ.

Говоря об идеале совершенной святости, философ В. С. Соловьев подчеркивает мысль о том, что «через уподобление святым, может совершенствоваться человек и определить истинность своих поступков». Житийная литература точнее других источников передает сам смысл подвига в том виде, каким он представлялся для современников и, в свою очередь, формируют воззрения верующих последующих поколений на подвиг .

Жития формировали взгляды древнерусских читателей на идеал святости, на возможность спасения, воспитывали филологическую культуру (в лучших своих образцах), создавали идеальные формы выражения подвига святого. Труды память и подвиги святых становятся больше чем пример добродетельной жизни, они, по замечанию В.О. Ключевского, из исторического события превращаются в народную идею, и становятся практической заповедью, заветом, тем, что мы привыкли называть идеалом.

Через житие ребенок отождествляет себя с национальной культурой. Жития и святой это один из элементов, дающих возможность приобщиться к русской культуре. Профессор С.И. Маслов считает, что «жития святых должны быть непременным фактом духовнонравственного образования детей. Ребенок всегда ищет и находит образец для подражания, который воспринимает, в первую очередь, эмоционально. Идеал есть образец, эмоциональный пример в мыслях и поведе-

нии. В нравственном воспитании идеалом могут быть лучшие представители человечества. «Так что давайте изучать не калек, -писал А. Маслоу, — а наибольшее, какое сможем найти, приближение к целостному, здоровому человеку. Мы найдем у таких людей качественные отличия — другую систему мотивации, другие эмоции и ценности, другое мышление и восприятие. В некотором смысле только святые представляют собой человечество» .

Жития святых, воплотивших в своей земной жизни высшие, нравственные идеалы, расширяли кругозор и помогали понять окружающий мир, взаимодействия людей, вводили в атмосферу подвижнического духа, учили различать истинность и ложность, добро и зло, праведность и грех.

В доказательство сказанному приведем данные опроса школьников начальных классов г. Калуги, которые дают общую картину целеустремленности школьника, их жизненных приоритетов.

Опрошенные были разделены на две группы, где критерием служило наличие в образовательной программе предметов, связанных с изучением житий святых. 1 группа -учащиеся 4-5 классов общеобразовательных школ г. Калуги, 2 группа — учащиеся 4-5 классов православной гимназии г. Калуги.

Перед учащимися были поставлены вопросы: «Какие три вещи взяли бы они с собой, если бы попали на необитаемый остров, чем бы занялись на необитаемом острове, кто для них является примером и на кого хотели быть похожими»? Ответы учащихся были распределены по трем категориям, представленным в табл. 1 (ответы учащихся 4-5 классов общеобразовательной школы) и в табл. 2 (ответы 2 группы — учащиеся 4-5 классов православной гимназии г. Калуги).

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

Ответы 1 группы сосредоточены в плоскости получения удовольствий и ожидания от жизни материальных благ — 61,8 %; отдали предпочтение труду, созиданию, наблюдению — 34,3 %. Ответы 2 группы имеют противоположную направленность, предпочтению труду отдали — 69,9 % респондентов, в пользу праздности ответили — 28,3 %. Причем, ответы второй категории имеют более широкий спектр созидательной деятельности.

В ответах на вопрос: «Что бы взяли с собой на необитаемый остров» в обеих группах

почти все опрошенные назвали одежду и еду, инструменты (топор, пилу), спички. По остальным категориям были выявлены различия, представленные в табл. 3.

Во 2 группе ответы были распределены следующим образом: близкие знакомые, друзья — 27 %; герои телесериалов, мультфильмов — 3 %, святые (святой Александр Невский, преподобный Сергий Радонежский, Илья Муромец, св. Мария Палестинская, блаженная Матрона Московская) — 38 %; нет или не знаю — 32 %. Часто учащиеся в каче-

стве своих героев и идеалов выбирали своих небесных покровителей.

На данных опроса мы можем констатировать глубокие различия категорий респондентов и наблюдать зависимость более высоких показателей направленности на созидательную деятельность, чем на пассивный образ жизни у учащихся с изучением религиозного компонента и ближе знакомых с житийной литературой. Ответы на вопросы у учащихся православной гимназии более глубокие и осмысленные. Они имеют более широкое представление о том, чем можно заняться на необитаемом острове. Почти все респонденты православной гимназии отвечали, что будут молиться на острове. Именно этот ответ свидетельствует о знакомстве с жизнью и подвигами святых, где большей частью повествуется об уединении святого для молитвенных трудов.

Таблица 1

Ответы учащихся 4-5 классов общеобразовательной школы

Категория ответов Отдых, игра Труд Другое

Наиболее частые ответы Купаться, играть, гулять, заниматься бездельем, отдыхать, общаться с друзьями, играть в футбол, ловить рыбу, искать сокровище, стрелять по мишеням, веселиться Изучать природу, строить жилище, рисовать, построить завод с оружием и техникой, писать дневник спасти мир

Кол-во ответов в % 61,8 34,3 3,9

Таблица 2

Ответы учащихся 4-5 классов православной гимназии г. Калуги

Категория ответов Отдых, игра Труд Другое

Наиболее частые ответы Кататься на катере, танцевать, купаться, загорать, играть Учиться в школе, читать, молиться, выращивать огород, изучать остров, кормить животных, построить корабль и дом, работать и заниматься хорошими делами, лечить животных, учить язык животных, завести детей, искать людей и учить их грамоте, разводить животных, заниматься пчеловодством, земледелием, сделать пляж и магазин, чтобы приезжали люди, построить город и стать президентом Создать тайное общество защиты Земли, строить карьеру

Кол-во ответов в % 28,3 69,9 1,8

Таблица 3

Процентное соотношение ответов 1-й и 2-й групп по категориям

Наименование категории Общеобразовательные школы г. Калуги, % Православная гимназия г. Калуги, %

Предметы быта: холодильник, телевизор, кресло, мобильный телефон, ноутбук 56,1 25,2

Материальные блага: Деньги, доллары 42,1 7,4

Духовные блага: Икону, молитвослов, Библию 1,8 67,4

Анализ данного эксперимента дает основания полагать, что образ святого формирует устойчивую нравственную ориентацию, актуализирует такие ценностные образования как труд, усердие, созидательность, помощь ближним.

Отсутствие научного подхода к житийной литературе, как источнику формирования нравственных ценностей младших школьников, ставит новые задачи перед исследователями: сформировать критерии отбора житийной литературы и составить сборник в соответствии с этими критериями; разработать методологическую базу для изучения житийной литературы; провести экспериментальную работу по эффективности формирования нравственных ценностей и нравственного идеала через образ святого в житийной литературе.

Житийная литература может быть использована как основное или вспомогательное средство по нравственному становлению личности, формированию таких нравственных качеств, как доброта, милосердие, тер-

пение, трудолюбие, нестяжание (бескорыстность), любовь к ближним и Родине.

1. Федотов Г. Святые древней Руси. М., 1990.

2. Ключевский В.О. Древнерусские жития святых как исторический источник. М., 1988.

3. Розов Н.Н. Книга древней Руси. XI-XIV вв. М., 1977.

iНе можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.

4. Ильин И.А. О грядущей России. Избранные статьи. США Свято-Троицкий Монастырь -Корпорация Телекс, 1991.

5. Жития святых святителя Дмитрия Ростовского. Месяц май. Оптина пустынь,1992.

6. Киселев А.Ф. Выбор // Педагогика. М., 2008. № 9.

7. Преподобный Тихон Калужский. Житие, чудеса и история монастыря им основанного. М., 2006.

8. Дмитриев Л.А. Литературные судьбы жанра древнерусских житий // Славянские литературы. М., 1973.

9. Маслов С. И. Дидактические основания духовно-нравственного воспитания // Педагогика. М., 2008. № 9.

Поступила в редакцию 16.01.2012 г.

UDC 371+373.31

VALUE ASPECT OF SAINT’S IMAGE IN LIFE-STORY LITERATURE

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *