Проповедник кто такой

— христианское церковное наставление, преподаваемое в храме за литургией, имеющее своей задачей поведать и разъяснить слушающим учение И. Христа. Учение о П. составляет предмет особой богословской науки — гомилетики (см.; там же и история П.). Главный вопрос в этом учении — о существе и природе П. — доселе представляется еще нерешенным и спорным. Рейхлин и Эразм, как гуманисты, исследуя и проповеднические произведения древних отцов церкви, трактуют о них наряду с произведениями языческой, греческой и латинской литературы как о произведениях ораторского искусства, а в своей гомилетике мало обращают внимания на учение о П., содержащемся в Св. Писании. Отсюда ведет свое начало взгляд многих гомилетов последующего времени, по которому при определении проповеди принимается во внимание одна внешняя ее сторона — словесная форма, и самая природа проповеди определяется как исключительно риторическая, т. е. П. представляется как бы не имеющей своих особых законов продукции, относится к той литературной области, которая называлась красноречием, или искусством ораторским, и подлежит единственно правилам, которые были созданы еще в древности для ораторства вообще. В новейшее время учение о природе П. стало обосновываться на началах или рационалистических, или натуралистически-эстетических. По Шлейермахеру, П. — «акт художественного словесного представления или воспроизведения содержания личного миросозерцания проповедника перед слушателями, обладающими тем же содержанием». Т. Гарнак («Praktische Theologie», 1875) определяет П. как «акт слова в культе» или акт культа в слове, который в своей продукции подчиняется общим логическим и эстетическим законам слова и, в частности, законам ораторского искусства. Церковное учение о П., опираясь на слово самого И. Христа и апостолов (Иоан., XVI, 13; XIV, 26; Матф., X, 19; Марк., XIII, 11; Лук., XII, 12; 1 Кор., II, 4, 12, 13; посл. ап. Иоан., II, 20, 27 и др.), усматривает в литургийной П. функцию благодатной жизни церкви, т. е. находит, что по внутреннему существу своему она иной природы, чем естественное слово ораторского искусства, — что главная продуктивная сила П. есть благодать, даруемая в таинстве священства. Если в церкви невидимо присутствует сам Глава ее, И. Христос, и обетованный им Дух Святой, который наставляет ее на всякую истину, то невозможно допустить, с церковной точки зрения, чтобы без руководства вспомоществующей благодати Божией могло обойтись дело церковной П. Вот почему церковь в своих канонах усваивает право литургийной П. только лицам, имеющим благодать священства, и притом только епископам и пресвитерам (Прав. апост. 58-е и прав. 64-е VI-го вселен. собора), и при поставлении во священство в посвятительной молитве испрашивает у Бога посвящаемому «благодати» учительства, почему епископ и священник проповедуют за литургией не иначе, как имея на себе знаки своих благодатных полномочий, по меньшей мере омофор (епископ) и епитрахиль (священник). Что касается античного ораторского искусства, то в древней церкви независимость от него П. доходила до того, что языческих ораторов и риторов по профессии церковь принимала в свои недра и допускала к крещению не иначе, как по оставлении ими своей ораторской профессии и по отречении от нее. Затем от своих проповедников — пастырей церковь древняя никогда не требовала предварительного изучения языческого искусства красноречия, находя его по природе отнюдь не тождественным с П. церковной. Если ораторство иногда имеет место в П. даже отцов церкви, то не как черта природы христианской П., а признак случайный, появляющийся у них вследствие того, что они изучали языческое ораторское искусство в то время, когда о вступлении на служение церкви еще не думали, а готовились к гражданским должностям. Некоторые сектанты — мистики и русские хлысты — думают, что всякая П. может быть продукцией только «непосредственного вдохновения» от Св. Духа, даваемого, по силе веры только, каждому верующему. По мнению пиетистов (Шпенер и др.), П. возможна для каждой личности, «возрожденной и благодатствованной» в таинствах, каковы и миряне. Православная церковь (как и католическая) учит о необходимости для храмовой литургийной П. особой благодати, кроме той, какая преподается в таинствах каждому христианину для жизни — благодати таинства священства. При этом церковь не отрицает пользы и необходимости для П. естественных дарований разума и слова, в том числе дарований и знаний ораторских. Определив церковную П. как одну из функций благодатной жизни церкви, Св. Писание и церковное предание указали и ее разновидности по форме, или прототипы. В книге Деяний и в 1 послании к Коринфянам указаны три таких прототипа: глоссолалия, профития и дидаскалия, различие между которыми обусловливается степенью присутствия в пастыре проповеднике Духа Божия. Первоначальная по времени форма П. — глоссолалия (γλώσσαις λαλεϊν) апостольских времен, названная так по временной ее особенности — благодатному дару говорить на языке, дотоле неведомом говорящему. С психической стороны состояние глоссолала характеризовалось состоянием экстаза; под наитием преизбыточествующей благодати, при созерцании благ и величия истин христианства проповедник становился вне себя (аще в теле, аще вне тела, не вем, говорит о себе апостол Павел); речь его была до того восторженна, что становилась нестройной, почему такие речи часто должны были сопровождаться речами «истолкователей». Профития была пророчеством в том смысле, в каком это служение в церкви вообще определяется в богословии. Будучи также даром Св. Духа, оно в психическом отношении составляет проявление более спокойного и сознательного, чем экстаз глоссолалии — энтузиазма, при котором проповедник не утрачивал самообладания и говорил речью стройной и общепонятной. Дидаскалия — вид учительства по преимуществу рефлективного, произносилась под управлением разума, содержала в себе рассуждения и доказательства и действовала не только на чувство, но и на логическое восприятие. По мере того как христианское общество осваивалось с новым учением, усваивая его не только чувством, но и логической рефлексией, первоначальный экстаз и энтузиазм учителей уменьшался, и уже при апостолах дидаскалия преобладала. Но в церкви и после того продолжали существовать и глоссолалы и профеты (о них говорят Иустин, Мильтиад, Ириней, Евсевий), и никогда глоссолалия и профития апостольских времен — психическая их основа — не прекращались совершенно в церковной П., как ее понимали отцы церкви (подробнее см. в «Истории первобытной христ. П.», проф. Н. И. Барсова, СПб., 1885). П. миссионерская, обращаемая к не ведающим Христа, тоже поручается не иначе как священникам или иеромонахам или по меньшей мере их непосредственному руководству. Следует еще отличать П. внебогослужебную, или так называемые внебогослужебные собеседования, в храме или в простой зале. Здесь священник говорит хотя и от лица церкви и во имя церкви, но больше в силу своей богословской компетенции; здесь он говорит не ex cathedra, голос его здесь не непосредственный голос самой церкви, и проповедь его не часть богослужения церковного, а частное, личное отправление им своей пастырской обязанности. Поэтому в экстренных надобностях внебогослужебные собеседования поручаются в храмах и залах лицам, не имеющим священства, но имеющим достаточный богословско-образовательный ценз, каковы, например, готовящиеся к священству студенты духовных академий и семинарий. Следует упомянуть также об одном чрезвычайном явлении в проповеднической практике церкви — о сказывании П. в храме мирянами. Это исключение из общего правила делается иногда, по особенному разрешению местного епископа, под его непосредственным и ближайшим надзором и руководством, для лиц, выдающихся проповедническими дарованиями и готовящихся к священному сану. В III веке местный епископ позволил проповедовать мирянину Оригену ради его великих дарований. У нас в России митрополит Московский поручил объяснение катехизиса на литургии юноше-студенту Левшину (впоследствии — митрополит Московский Платон); его преемник — студенту Дроздову (впоследствии — митрополит Московский Филарет). Основание для подобных исключений, равно как для существовавшего в русских духовных академиях и семинариях обычая поручать ученикам старших классов, для того посвященным в стихарь, произносить свои опыты П. в академических и семинарских церквах, можно находить в обычае древней церкви упражнять готовящихся к пастырскому служению в составлении и произнесении П., о каковом обычае свидетельствует одно слово св. Астерия Амасийского «Об образе св. Евфимии» (см. «Представители ораторско-практического типа П. на Востоке в IV в.» Н. И. Барсова, Харьков, 1888). Эти школьные упражнения в проповедничестве, которым, впрочем, не усвоялось названия П. (λογος ωμιλια), замененное названием Εκφράσις (собеседование), введены были в христианских школах, имевших значение позднейших духовных семинарий, по подражанию языческим риторическим школам. В этом же обычае древних церковных школ имеет свое основание старинный местный обычай Киева, по которому профессора Киевской академии из мирян произносят П. в храмах на так называемых пассиях, вечерних богослужениях двух недель Великого поста. Подробнее см. «Гомилетика» Я. К. Амфитеатрова (Киев, 1857); Барсов, «Учение о существе или природе христианской литургийной П.» (СПб., 1897); его же, «История первобытной христианской П.» (СПб., 1885).

Н. Б—в.

Керигма

Первым и наиболее важным для нашей культуры является понятие керигмы как базовой религиозной проповеди. Христианские миссионеры первых веков, распространяя свое учение, называли так послание, в котором в сжатом и обобщенном виде содержались основы веры без углубления в догматику и мистериальную составляющую. Как правило, в керигму входило возвещение смерти и воскресения посланника Божьего Иисуса Христа. Своей целью она имела заинтересовать инаковерующего и привлечь его к христианству.

Сообщение

Божья проповедь как некая особенная весть, известие (часто доброе или благое) — это также характерный, почти технический термин Нового Завета. В основе лежит греческий термин «ангело» — «извещать». Следует отметить, что в форме благой вести («евангелие») его часто оставляли без перевода.

Речь

Два греческих слова «лего» и «лалео», которые означают «говорить», «произносить», также могут быть переведены как «проповедь». Это становится возможно, если речь идет о выступлении, посвященном Богу, или о слове, вдохновленном Богом.

Призыв, свидетельство

Публичная речь, которую означает греческое слово «парисиасомэ», также может иметь характер проповеди. Христианские апостолы и благовестники нередко свидетельствовали о своей вере на площадях и городских форумах, что было принято во времена Римской империи.

Прочие синонимы

В Библии имеются и другие понятия, переводимые на русский и славянский язык как «проповедь». Это может быть опись, рассказ и даже свидетельское показание. Впрочем, это единичные случаи, и их не имеет смысла разбирать подробно.

Устная проповедь

Если мы разбираем религиозные, в том числе православные, проповеди, то обычно речь идет об устных поучениях. В данном случае, опять же, возможны различные формы. Отчасти они пересекаются с теми, что нами были описаны выше. Основные формы такого послания — это сообщения, пророчества, поучения и агитации.

Православные проповеди (и не только православные), носящие характер сообщения, имеют своей целью донести до слушателя определенный свод информации. Это своего рода обучение, которое может иметь различный характер, исходя из того, кто является адресатом — неверующий или уже уверовавший и церковный человек. В любом случае цель такой проповеди — вызвать интерес к продукту духовной культуры.

В словаре Энциклопедии

1) дидактическое произведение ораторского типа, содержащее требования этического, преимущественно религиозного, характера. Вызвана к жизни становлением мировых религий (9-5 вв. до н. э.). Один из главных жанров средневековья (в древнерусской литературе — проповеди митрополита Илариона, Кирилла Туровского). 2) Речь религиозного характера, произносимая в церкви священнослужителем в конце литургии. 3) Активное распространение каких-либо идей и взглядов.

В словаре Синонимов 2

сущпоучение, наставление, назидание, нравоучение, мораль, нотация, урок

В словаре Синонимы 4

мораль, назидание, наставление, наставленье, нотация, нравоучение, поучение, поученье, рацея, речь, урок, хутба

В словаре Полная акцентуированная парадигма по А. А. Зализня

про́поведь,
про́поведи,
про́поведи,
про́поведей,
про́поведи,
про́поведям,
про́поведь,
про́поведи,
про́поведью,
про́поведями,
про́поведи,
про́поведях

«Проповедь» — это слово, которое у всех на слуху, но никто не знает, что же оно все-таки означает. В сознании большинства людей этот термин ассоциируется с пропагандой или популяризацией каких-либо религиозных доктрин и идей. В целом это так. Однако у этого понятия есть множество различных оттенков, в которых было бы неплохо разбираться человеку, живущему в полирелигиозной стране. Так что такое проповедь? С этим мы постараемся разобраться в данной статье.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *