Переход из ислама в христианство

Некоторые вещи во всех религиях перекликаются. Главная идея любой веры — это любовь к Богу. В буддизме она воспринимается как любовь ко всему окружающему миру. Путь христианина означает принятие, терпение и смирение; любовь к Богу, любовь ко всему живому вокруг. Все тяготы нужно переносить смиренно. А в буддизме не обязательно подставлять вторую щеку, если тебя ударили. Но сам факт удара — это божественное проявление, которое тебя чему-то учит. Одинаково и отношение к сексу: не разрешается предохраняться, должны рождаться дети — как результат любви. На самом деле пути христианина и буддиста похожи — понятия плохого и хорошего в религиях схожи. Но модели жизни и смерти разные.

В христианстве земная жизнь дана единожды, далее душа отправляется навечно в рай или ад. А в буддизме тело — только рубашка для человеческой души, которая вечна. Каждое новое перерождение для буддиста — это способ приблизиться к Богу, если живешь по божественным законам; отработать грехи из прошлых жизней, очистить карму. Путь рождения не бесконечен. Монахи стремятся прожить текущую жизнь так, чтобы прекратить цепочку перерождений в этом мире и перейти в более тонкие миры.

Самым сложным вопросом оказалось воспитание детей. Я всегда думала, что если у родителей нет сомнений и они уверены в чем-то, то будет несложно передать ребенку свои знания. Но оказалось, что влияние общества очень сильно. Я думала, что разум ребенка как чистый лист и его можно заполнять чем угодно. Но меня ждало неприятное открытие — соседи, бабушка, знакомые, друзья уже что-то нарисовали на нем. Родственники иногда гнут свою линию. Например, объясняя, что дедушка на небесах. В итоге дети в смятении — мама с папой говорят одно, а бабушка другое. Или бабушка пытается накормить ребенка мясом, потому что это полезно, а наши дети не едят мяса. Приходится многое им объяснять.

Мои родители никогда не были против моего мировоззрения, так что как такового конфликта отцов и детей у нас не возникало. Их отношение к жизни с годами тоже стало меняться, и многие мои верования они теперь разделяют. У нас хорошие отношения, и я им благодарна за то, что они укрепили во мне веру в Бога. Детям я объясняю, почему в христианстве мы следуем таким-то обрядам, а что-то берем из буддизма. Крестили мы их рано, еще в саду. Это скорее дань уважения родителям, защита от лишних вопросов окружающих. Нам не хотелось идти на конфликт, родителей беспокоило, что внуки не крещеные. Мы дождались, пока дети были в состоянии понять, что такое крещение, и дети прошли обряд в полном понимании. Я думаю, они подрастут и сами выберут свой путь.

Конечно, многие христианские обряды мне и сейчас помогают в сложной ситуации. Некоторые молитвы я постоянно использую для разговора с Богом. Я часто читаю «Отче наш», хочу, чтобы дети его знали тоже. Невозможно полностью отказаться от того, к чему тебя приучали с детства. Некоторые ритуалы уже часть тебя, настолько они важны и сильны.

Я стараюсь медитировать, как только появляется такая необходимость и возможность, — для этого нужен настрой и уединение. Процесс чем-то похож на йогу. Некоторые ошибочно воспринимают ее как физкультуру. А йога неразрывно связана с медитацией. Важна не только точная поза, которая помогает медитировать, но и душевный настрой. Медитировать можно и в парке, например. Чаще всего мы медитируем для того, чтобы получить ответ на какой-то сложный, мучительный вопрос. Медитация — это не выбор решения из нескольких придуманных тобой. Во время сеанса открываются неожиданные варианты, о которых ты даже не думал. Человек отключается и общается с высшими силами, которые посылают знаки.

Однажды муж сидел на лавке в парке, занимался медитацией и получил ответ в таком виде: мимо проходила компания людей, один из них что-то рассказывал, и оказалось, что обрывок его фразы, долетевший до мужа, стал решением вопроса. Порой в суете дней мы не замечаем что-то важное. Медитация помогает отделить зерна от плевел. Медитацией можно вылечиться, например, от простуды или более серьезных болезней. Это искусство. Конечно, у мужа это получается лучше, а я постоянно совершенствуюсь. В будущем мне было бы интересно побывать в Тибете и лучше узнать о жизни монахов.

Я очень уважительно отношусь к любой религии. Само по себе то, что человек верит в Бога, уже достойно уважения. Мне не важно, как он это делает, как зовет он пророка и какие у него молитвы. Вера в существование Бога объединяет всех людей, делает всех добрее и терпимее.

Николай 38 лет, военный

Перешел из христианства в ислам

В этот спор, что правильно, а что — нет, для меня всегда была вовлечена и религия. Я постарался вспомнить основные моменты, которые привели меня к решению поменять веру. Я вырос в неполной семье. Точнее, неполной она стала, когда мне было 9 лет, — отец ушел от нас. Мама была хорошей, доброй, отзывчивой, занималась домом. Отец был военным, мы часто переезжали. Казалось, родители любили друг друга. Я думаю, ничего бы не произошло, если бы мама со временем не становилась все более и более религиозной. Возможно, ей было скучно, отец был на работе, и она пыталась заполнить пустоту. Она крестила меня совсем маленьким, хотя отец был против этого. «Вырастет, само решит», — шутливо говорил он. Мы с мамой часто ходили в церковь. Когда мне было 8 лет — слишком часто. Мама начала петь в церковном хоре, и, хотя отец сначала вежливо, потом силой пытался остановить ее, вернуть в семью, она совсем перестала его слушать.

Мне вспоминается случай, произошедший за обедом у нас на кухне. Отец пришел пораньше, а я в этот день подрался с двумя мальчишками постарше. Я защищал малыша, у которого они отняли мячик. Малыш плакал, и мне показалось это несправедливым. А папа всегда говорил мне, что надо стараться поддерживать справедливость.

В небольшом, но живописном селе Ратчино, Липецкой области живет необычный батюшка. Помимо кавказкой внешности, которая совсем не свойственна православным священникам, батюшка имеет удивительную судьбу.

Душа каждого человека стремиться познать Бога и приблизиться к Нему.

Настоятель храма Покрова Божией Матери – протоиерей Онисим Османов по национальности табасаранец. Его народ является одним из коренных народов Северного Кавказа, который проживает в Дагестане и исповедует ислам. Отец Онисим бывший мусульманин, но как говорит сам священник, мусульманином он был не по вере, а по традиции.

«Моя молодость пришлась на атеистическое время, тогда даже в Дагестане люди украдкой молились Богу. В республике не было ни религиозных деятелей, ни мечетей. Я, как и многие в то время, был мусульманином по традиции. Однако, душа каждого человека стремиться познать Бога и приблизиться к Нему. Я со школьной скамьи стремился обрести Бога, но мне никто: ни родители, ни родственники мусульмане не помогли этого сделать, потому что моя семья была светской, почитающая больше традиции кавказского народа», – рассказывает священник.

Так, следуя традициям своего народа, родители отца Онисима сосватали ему невесту. До дня регистрации молодые ни разу друг друга не видели, и каждый из них очень переживал за выбор родных. «Недавно мы с матушкой отметили 37 лет совместной жизни, но я до сих пор помню, как волновался перед нашей свадьбой. Переживал, понравится ли мне невеста или нет, но когда увидел девушку, одетую в белое платье, в большой национальный платок, то влюбился в нее с первого взгляда. Моя невеста оказалась не только красивой, но и очень скромной» – вспоминает священник.

По словам отца Онисима, молодым людям при выборе спутника жизни нужно прислушиваться к мнению своих родителей, брать у них благословение на брак.

Протоиерей Онисим Османов и матушка Серафима

«Я полностью доверился родителям, проявил им свое послушание, поэтому ни разу в жизни я не пожалел о том, что женился. Также все мои дети, а их у меня десять человек, очень послушные. Между нами нет недопонимания. Если я сказал, что нужно что-то сделать, значит, все будет выполнено в срок, даже самыми маленькими», – рассказывает батюшка.

Отец Онисим и матушка Серафима после свадьбы, рядом с родителями прожили недолго. Несмотря на традиции табасаранского народа – жить большой семьей вместе, супруги решили отделиться от родителей и создать свой домашний очаг. Из Дагестана переехали в Ставропольский край. Там семья познакомилась с православными христианами, которые и привели супругов к Богу.

Нам открылось, что именно Христос – Истинный Бог, Который ведет нас к Царствию Небесному, к Небесному Отечеству

Я долго пыталась узнать у отца Онисима, что заставило их с матушкой Серафимой принять православие: какое-то чудо, изменившее их мировоззрение или горе, заставившее супругов искать утешения в православной вере? Оказывается у Господа Бога, куда все проще, чем человек может себе представить.

«Не было ни чуда, ни горя», – отвечает отец Онисим. «С матушкой мы уже жили пять лет в Ставропольском крае, имели четверых детей. Мы просто почувствовали, что Господь зовет нас к Себе. Нам открылось, что именно Христос – Истинный Бог, Который ведет нас к Царствию Небесному, к Небесному Отечеству. Только с Ним мы можем спастись», – говорит священник.

Конечно, принять Крещение супруги решили не за один день. Проникались православной верой постепенно, читая много душеспасительных книг и общаясь с православными христианами. «Когда мы с матушкой уже всерьез задумались о принятии христианства, мы каким-то случайным образом попали в Пюхтинский Успенский женский монастырь, где жила одна сестра, которая многому нас научила. Спустя время, в одном из приходов ставропольского края мы вместе с матушкой в один день приняли крещение. Отец Александр, который меня крестил, сегодня является моим духовником», – рассказывает отец Онисим.

По словам священника, одним из самых сложных разговоров в его жизни, стал разговор с родственниками о принятии им и его семьей христианства. Родители будущего священника и слышать не хотели о том, чтобы их сын будет христианином.

«Сначала родные пытались уговорить меня отказаться от Христа и не поступать в духовную семинарию как я тогда уже решил. Предлагали деньги на обучение в медресе, чтобы я стал муллой. Дальше больше: кто-то из родственников предложил найти мне русскую жену, чтобы у меня было две жены. Они совершенно не понимали, что ничего мне не нужно кроме как встать на истинный путь и спасать свою душу. Когда отец понял, что я не изменю свои намерения, и все же приму христианство, он сильно рассердился и выгнал меня из своего дома. После этого случая наша семья больше не была в отчем доме», – вспоминает отец Онисим.

После разрыва с семьей, отцу Онисиму и матушке Серафиме пришлось многое претерпеть. «Страшно вспомнить, что мы пережили: от родных на нас сыпались постоянные угрозы и проклятия. Нас пугали, что если мы отвернемся от ислама и примем христианство, наши дети родятся уродами. Родственники даже приезжали к нам в Россию, чтобы отомстить нашей семье за вероотступничество. Слава Богу, тогда нас уберег Господь. Мы не планировали, но почему-то все же уехали в монастырь, где пробыли какое-то время, пока родственники не уехали и не причинили нам вреда. Господь нас поддерживал всегда, не раз творил чудеса для нашей семьи», – рассказывает батюшка.

В семье отца Онисима и матушки Серафимы десять детей и уже много-много внуков. Все они не жалеют о том, что когда-то их родителям пришлось сделать не простой выбор, и стать православными христианами. «Мои дети – это подтверждение моего правильного выбора. Они часто меня спрашивают о том, что если бы мы не стали православными христианами, чем бы мы тогда занимались? Во что бы верили и как жили?», – говорит отец Онисим.

Протоиерей Онисим Османов и матушка Серафима с детьми и внуками

Сегодня, пройдя многие испытания, Османовы живут дружной семьей, соблюдая все православные традиции. «Мы приняли христианство, и живем по его законам. По национальности я не русский, но я христианин и вместе с со всеми верными питаюсь из одной Чаши духовной пищей: Телом и Кровью Христовой, поэтому я очень переживаю за русский народ. Я учу своих детей уважать русские традиции и любить Россию, потому что это их Родина. Русские люди очень добродушные, всегда найдутся те, кто сможет тебе помочь в трудный период жизни. Я люблю Русский народ. Одно только огорчает и беспокоит: количество абортов, которое с каждым годом только увеличивается» – сетует священник.

Кто такие табасаранцы?

Табасаранцы – один из древнейших коренных народов, живущих на юге Дагестана. Говорят они на сложнейшем языке нахско-дагестанской группы, весьма отдаленно родственном аварскому и чеченскому. В этом языке 41 падеж. Но, многие, кто приезжает в Табасаран на год, без проблем изучают его и могут нормально изъясниться по-табасарански.

На табасаранском издаются газеты. Например, «Зори Табасарана» («Табаса-рандин нурар»), для детей «Соколёнок» («Ппази»), для женщин «Дагъустандин дишагьли».

Численность табасаранцев в России (по переписи населения за 2010 год) составляет около 147 тыс. чел.

Интерьвью шейха Ахмеда Катани на канале Аль-Джазира

Диктор: Нашей темой будет обращение мусульман в христианство в Африке. После того, как ислам был религией значительного большинства на этом континенте, нынешнее число мусульман уменьшилось до одной трети.

Ахмед Катани: Ислам, как вы упомянули, был главной религией Африки, было 30 африканских народов, использовавших арабский алфавит. Число мусульман в Африке уменьшилось до 316 млн. человек, половина которых — арабы Северной Африки. В не арабской части Африки, число мусульман не превышает 150 млн. Если вспомнить, что все население Африки — 1 миллиард человек, то мы увидим, что процент мусульман сильно уменьшился относительно в начала 20 столетия. С другой стороны, число только христиан-католиков увеличилось с 1 млн. в 1902 г. до 330 млн. в 2000 г.

  • Существует 1.5 миллиона церквей, объединяющих 46 млн. человек
  • Каждый час 67 мусульман принимают христианство
  • Каждый день 16000 мусульман принимают христианство
  • Каждый год 6 миллионов мусульман принимают христианство

На каждого, принявшего ислам, приходятся тысячи, ставших христианами. Многие думают, что дела ислама идут прекрасно, но реальность показывает полную противоположность.

Что касается перехода мусульман в христианство в арабских странах, странах Азии, Европы, Америки и Австралии, — мы не в состоянии уделить всем этим темам должное время, но достаточно сказать, что Всемирный Совет Церквей объявил на встрече в Калифорнии в 1980 году, что 50000 мусульман приняли христианство только в Саудовской Аравии.

Диктор: Мой первый вопрос: почему исламские группы терпят неудачу в их усилиях распространить ислам среди народов, которые подпадают под исламский контроль, типа Сомали, Бангладеша и Индонезии? В этих областях, где существуют конфликты и войны, обращение в христианство идёт особо высокими темпами. Не это ли результат планов Всемирного Совета Церквей; одним из пунктов этого плана был перевод Библии на язык народа Сомали. Мы видим подобные вещи и во многих других странах, где распространяются миллионы книг Библии и религиозных журналов. Итак, почему мусульмане, которые имеют власть, неспособное выполнить подобную задачу?

Ахмед Катани: Меня уже не удивляют слова Роберта Маркса, известного миссионера из США, сказавшего, что обращение мусульман в христианство не прекратится до тех пор, пока крест не воссияет над Меккой и месса не зазвучит в Медине. И я боюсь, что это случится, если нынешние тенденции сохранятся.

Шейх Аль-Одеха. Христианские миссионеры вычищают мусульманский мир

Так называется доклад шейха Салмана Аль-Одеха о христианской миссии в исламском мире, с которым он выступил перед мусульманскими политиками и теологами.

Шейх Салман Аль-Одеха признает, что в Африке идет очень сильная кампания по распространению христианства. В Малави мусульмане раньше составляли 66% населения, однако сейчас их процент снизился до 17% всего лишь за 50 лет. В Сомали мусульмане составляли до недавнего времени 100% населения, однако сейчас везде строятся церкви и действуют миссионерские радиостанции. Активное миссионерство в Сомали поддерживается христианской Эфиопией в союзе с христианами Запада. Очень сильно миссионерство распространено в Марокко и Алжире, куда постоянно направляются миссионеры из Испании, где они проходят обучение. Большинство из них – это новообратившиеся из ислама в христианство. Шейх признает, что в Нигерии христианство наступает. Он также признает, что в Судане идет процесс обращения мусульман в христианство, хотя он и пытается приуменьшить действительные цифры новообратившихся.

Христианизация Африки идет стремительными темпами

По словам ректора исламского института в Ливии, ответственного за религиозное образование будущих имамов, доля мусульман в Африке стремительно сокращается. Если раньше их было в регионе явное большинство, то теперь уже меньше трети. При этом большая часть мусульман — это арабы. Число мусульман неарабов остается прежним и не растет. Число мусульман арабов растет только за счет высокой рождаемости, однако и среди арабов миссия Христианства приносит заметные плоды. Аль Катани утверждает, что положение критическое, и скоро ислам потеряет свою силу даже в Северной Африке.

Наиболее активно идет христианизация в Алжире и Марокко среди берберов и других этнических групп в Сахаре. Причем 70% христиан в этом регионе моложе 30 лет. Главную роль в переходе молодежи в Христианство играет миссионерское телевидение, в частности, телеканал Аль-Хайат с главным проповедником отцом Захарием Ботрос, коптским египетским священником.

В связи с этим отмечает аналитик, есть основания утверждать, что монолит ислама начинает давать сильные трещины. Этому помогают миссионерские передачи, передаваемые в частности с православного Кипра телекомпанией Аль-Хайат. По данным телеканала Аль-Хайат, в Алжире за последние два года количество отступивших от ислама и крестившихся составляет порядка 10 тыс. в год, в Марокко — до 45 тыс. в год. В Египте число отступивших от ислама и готовых принять крещение или уже тайно принявших его составляет до 1 миллиона человек, а в Саудовской Аравии — около 50 тысяч. Недавно было сообщено о группе имамов одной из ближневосточных стран, которые собираясь в условиях строжайшей тайны, изучают Новый Завет. Все эти имамы продолжают служить в мечетях.

Передачи священника Захарии Ботроса чрезвычайно нелицеприятны для мусульман. Он эрудированно цитирует мусульманские хадисы о проституции, развратных действиях по отношению к малолетним (в исламе считается допустимым сожительство с девочками, начиная с 9 лет), различные толкования, как устроен мусульманский рай с гуриями в подробностях. Цитируются многочисленные хадисы об убийствах, массовой резне и прочее. Постоянно идет сравнение мусульманского учения с Библией. Достаточно сильно звучит передача про мусульманские хадисы, как Магомет имел от Аллаха право вступить с любой женщиной в связь, даже вопреки ее воле.

В другой африканской стране — Нигерии, где процентное соотношение мусульман и христиан приблизительно равно, многие мечети переходят на воскресные службы вместо пятничных из-за боязни массового обращения в Христианство. Мусульмане массово посещают христианские проповеди, причем некоторые из них собирают регулярно сотни тысяч мусульманских слушателей. За последние 2 года в Нигерии 4 губернатора областей, которые были мусульманами, стали христианами.

Христианство огромными темпами распространяется в северной Нигерии среди мусульман, благодаря значительной и умелой организации миссии. Государственная власть в Нигерии не мешает проповеди среди мусульман, а во многом и содействует ей.

По сообщениям «Ислам-Уотч», в Судане около 800 тысяч мусульман перешли в Христианство за последние 3 года. В Иране число сочувствующих Христианству формальных мусульман уже достигает 1 миллиона человек.

В Египте число тайных христиан уже насчитывает до 1 миллиона человек

Библейское общество Египта сообщает об огромном росте спроса на Библии в этой стране. Только в прошлом году библейское общество продало 750 тысяч аудиокопий Нового Завета. Также за прошлый год продано 600 тысяч копий фильма «Иисус» и 500 тысяч копий Нового Завета. При этом в начале 90-х годов продавалось только около 3 тысяч копий фильма. Сообщается о том, что наиболее значительно ислам покидают интеллектуалы. Подавляющее большинство таких интеллектуалов становятся христианами разных деноминаций.

В Индии 10 тысяч мусульман приняли крещение за последний. Это многократно больше числа индийских христиан, ставших мусульманами. В Малайзии 250 тысяч человек официально подали заявление о выходе из ислама. В действительности количество христиан по убеждениям в Малайзии гораздо больше.

Во Франции обращается в Христианство около 15 тысяч мусульман в год (10 тысяч в католицизм и 5 тысяч в протестантство). Обращений французов в ислам во много раз меньше. Причем имеющиеся цифры отражают только официально принявших крещение, огромное число мусульман скрывают свое разочарование в исламе.

По сообщениям газеты «Таймс», в Великобритании около 200 тысяч человек покинуло ислам и считают себя христианами. Как правило, принимающие Христианство бывшие мусульмане не становятся активными прихожанами и остаются в основном христианами лишь идеологически. Многие из них не принимают крещения. По оценкам газеты, 15% всего исламского населения Западной Европы уже покинуло ислам.

Мусульманский профессор Ильяс Ба Юнус провел исследование, показавшее, что 75% американцев, принимающих ислам (всего таких насчитывается примерно 20 тысяч в год), в течение 3 лет разочаровываются в нем и перестают быть мусульманами.

В Кабилии мечети буквально опустели, зато христианские церкви полны

Голландия: мусульмане терроризируют христиан в центрах по приему беженцев. Репортаж о расследовании на эту тему был показан по общественному телевидению Голландии.Речь идет о беженцах из мусульманских стран, которые приняли христианскую веру и подвергались в своих странах преследованиям на религиозной почве. В центрах приема беженцев их продолжают терроризировать мусульмане, теперь уже на европейской земле.Голландский парламентарий Йоэль Фордевинд из «Христианского союза» заявил, что он шокирован до глубины души издевательствами мусульманских беженцев над христианскими, и возмущен беззащитностью последних.

«Они бежали из мусульманских стран в Голландию из-за религиозных преследований, и наша страна должна обеспечить их безопасность. Это чудовищно, что их продолжают здесь преследовать», сказал он.

В последнее десятилетие в арабских странах Северной Африки увеличилось количество новообращенных христиан, особенно в Кабилии, в Алжире, где мечети буквально опустели, зато христианские церкви полны.

Репортаж на эту тему, был показан по французскому теле-каналу France2. «Каждые три месяца мы крестим 50 человек», — говорит корреспонденту телевидения священник протестантской церкви в Тизи-Узу, столице Кабилии. По разным подсчетам в Кабилии проживает от 30 до 100 тысяч людей, перешедших в христианство

Нормально ли это?

В каждой стране свое понимание нормы. Где-то изменение конфессии карается смертью, где-то к этому относятся лояльно. Поэтому универсального ответа нет. В то же время растет число христиан, которые принимают ислам. Причем, среди них есть видные ученые, спортсмены и общественные деятели.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *