Кто жил в келье пимена до него?

Настройки

Размер шрифта Цвет текста Цвет фона Скачать: TXT WORD PDF

Краткое содержание трагедии Пушкина «Борис Годунов» по главам поможет читателю рассмотреть не столько внутренние конфликты героев, сколько взаимоотношения царя и поданных его величества.

Главные герои

  • Борис Годунов – русский царь, считавшийся убийцей царевича Дмитрия (сын Ивана Грозного).
  • Григорий Отрепьев – беглый монах. Самозванец, объявивший себя царевичем Дмитрием.
  • Шуйский – дворянин. Князь из рода Рюриковичей. Служил при Борисе Годунове.

Второстепенные персонажи

  • Отец Пимен – летописец. Свидетель убийства царевича Дмитрия.
  • Феодор, Ксения – дети Бориса Годунова.
  • Воротынский – князь из рода Рюриковичей.
  • Басманов, Пушкин, Мосальский – бояре.
  • Марина Мнишек – возлюбленная Григория Отрепьева.
  • Николка – юродивый.
  • Мисаил, Варлаам – бродяги-чернецы.

Кремлевские палаты (1598 года, 20 февраля)

Между князьями Воротынским и Шуйским происходит диалог на тему затворничества Бориса Годунова и его сестры в монастыре. Уже месяц, как они заперлись и никого не пускают к себе. В городе неспокойно. Народ волнуется. Каждый день под окнами монастыря люди собираются в кучки с просьбой принять престол, доставшийся Борису после смерти царя Федора Иоанновича.

Князья уже голову сломали в поисках ответа на вопрос, как бы им перехватить царство у неродовитого Бориса. Шуйский выдает по секрету Воротынскому страшную тайну. В смерти младшего брата царя, царевича Дмитрия, виновен не кто иной, как Годунов.

Красная площадь

Верховный дьяк выходит к народу с речью о принятии решения Думы. В последний раз они намерены завтра поутру всем московским поселением идти и вновь молить Бориса с просьбой принять престол.

Девичье поле, Новодевичий монастырь

Мольбы народа были услышаны. Борис внял их просьбам, согласившись принять престол. Народ с облегчением вздохнул. Да здравствует царь Борис!

Кремлевские палаты

Годунов принимает царствование. Воротынский вновь поднимает тему убийства царевича Дмитрия, но Шуйский делает вид, что понятия не имеет о чем идет разговор.

Ночь. Келья в Чудовом монастыре (1603 год)

В келье Чудового монастыря летописец Пимен заканчивает писать свою книгу сказаний. С ним в келье делил ночлег молодой монах Гришка Отрепьев. Проснувшись, он делится с Пименом странным сном, который видит уже не в первый раз. Во сне он взбирается на высокую башню. С нее видна вся Москва, как на ладони. Народ, стоящий внизу ухахатывался, глядя на него. Григорий падает с башни и просыпается.

Отрепьев завидует Пимену, его бурной жизни. В отличие от него, он ничего не видел. Пимен рассказывает историю убийства царевича Дмитрия, свидетелем которой он был. Григорий с Дмитрием ровесники. Сейчас Дмитрию было бы столько же лет, сколько ему. В голове Григория начал вырисовываться план.

Палаты патриарха

Гришка Отрепьев бежит из монастыря, оставив прощальную записку, содержание которой сводится к тому, что быть ему царем на Москве.

Патриарх в гневе. Он велит разыскать Григория и отправить его в качестве наказания на Соловки.

Царские палаты

Царь запирается у себя в опочивальне с очередным колдуном. После ухода мага Борис пребывает в расстроенных чувствах. Он размышляет о жизни своей. Шесть лет правления, но не принесла ему власть должного счастья.

Вроде все делал для народа. Бедных кормил, предоставлял рабочие места, осыпал золотом, помогал строить дома, но не ценит народ добрых поступков. Не благодарны они ему за сделанное. Не удалось ему снискать народной любви.

Муки совести не дают Борису спокойно жить. Он все чаще вспоминает убиенного царевича Дмитрия. Кровавые мальчики постоянно стоят перед глазами.

Корчма на Литовской границе

Одетый в рванье Григорий с бродягами Мисаилом и Варлаамом проводят время в корчме на Литовской границе. Он интересуется у хозяйки заведения, как добраться до Литвы. Женщина предупреждает, что все дороги перекрыты. Ищут какого-то беглеца. Гришка понимает, что речь о нем.

Входят приставы с царским указом в руках, прочитать который они не могут в силу своей безграмотности. Гришка берется озвучить написанное, но переиначивает текст письма, в котором были описаны его приметы. Теперь по его словам беглец вылитый Варлаам, но бродяга был не промах. Он понял, что Георгий хитрит. Он выхватывает письмо. Поняв, что разоблачен, Отрепьев вытаскивает из глубин пазухи кинжал и выпрыгивает в окно.

Москва. Дом Шуйского

В доме Василия Шуйского пир горой. Приглашенные на бал пьют за здравие Бориса Годунова. Дождавшись ухода гостей, Шуйский уединяется с боярином Пушкиным для деликатного разговора. Пушкин говорит, что в городе гуляют слухи о якобы чудом выжившем царевиче Дмитрии. Мол, заручившись поддержкой короля, он двигается в Россию добиваться отцовского престола. Тогда Годунову не поздоровится.

До Годунова доходят слухи об объявившемся самозванце. Князь предупреждает об опасности. Народ может взбунтоваться против царя. Годунов нервничает. Он уже сам начинает сомневаться в смерти Дмитрий. Шуйский уверяет царя, что сам лично видел тело царевича. Борис в сильном волнении. Он наконец-то понял, почему ему тринадцать лет подряд снится убитый младенец.

Краков. Дом Вишневецкого

В доме Вишневецкого Григорий находит подход к каждому, привлекая на свою сторону все больше сторонников. Он обещает исполнить все их желания. В честь самозванца звучат здравицы. Все готовы отправиться в поход.

Замок воеводы Мнишка в Самборе

Григорий был вынужден остановиться на три дня в замке воеводы Мнишка. На балу он знакомится с его дочерью Мариной. Девушка сама назначает ему встречу в аллее лип, помня навет отца, не упускать такого выгодного жениха их рук.

Ночь. Сад. Фонтан

Опьяненный красотой Марины, Григорий разоткровенничался с ней. Он признается девушке, что он не сын Ивана Грозного, а простой самозванец. Марину такой поворот не устраивал. Любовь беглого монаха не предел ее мечтаний. Она грозится ему, что расскажет всем правду. Григорий заявляет ей, что ничего не боится. Поверят скорее ему, чем ей, обычной польской девке. Его речь ей понравилась. Она наконец-то услышала слова не мальчика, речь мужа. Она обещает стать его женой, но только после того, как он свергнет с престола Годунова.

Граница Литовская

Отрепьеву и князю Курбскому со своими отрядами все-таки удается пересечь границу, соединяющую Россию и Литву.

Царская дума

На заседании царской думы вовсю дискутируют на тему подвигов самозванца. Воевода Басманов обещает лично привезти Годунову пленного Лжедмитрия. Необходимо как можно скорее раскрыть народу правду. Для этого необходимо привезти останки царевича в Москву, выставив гроб в Архангельском соборе, чтобы все лично убедились в его смерти.

Шуйский просит царя повременить с этим. Он обещает выйти к народу и постараться успокоить его, рассказав правду.

Равнина близ Новгорода-Северского

Самозванец, несмотря на немногочисленность войска одерживает победу над русской армией. Это произошло 21 декабря 1604 года под Новгород-Северским.

Площадь перед собором в Москве

В соборе провозглашают анафему Григорию. Далеко не все поверили в происходящее. Многие убеждены, что самозванец действительно настоящий царевич, чудом выживший. Юродивый Николка вызывает насмешки у местной ребятни, толпившейся возле храма. После службы Николка подошел к Борису с просьбой зарезать обидчиков, ведь ему уже приходилось проделывать это с царевичем. Годунов был потрясен от услышанного. Он просит Николку молиться за него.

Севск

Под Севском Лжедмитрий интересуется у русского пленника, что творится в Москве. От него он узнает, что любой, кто хоть слово молвит о нем будет казнен по приказу царя. На этот раз Григорию не удалось одержать победу над русским войском. Он терпит полное поражение. Ему чудом удалось спастись. Лжедмитрий бежит, а вместе с ним его единомышленники.

Лес

Григорий, охваченный жалостью к умирающему коню, освобождает его от узд и сбруи. Он хочет, чтобы конь принял смерть свободным. Казалось, он переживает за своего коня, гораздо больше, чем за разгромленное в пух и прах войско.

Москва. Царские палаты

Поражение не повлияло на боевой дух Отрепьева. Он вновь собирает войско против царя. Борис Годунов нервничает. Он хочет заменить старого воеводу на нового. Внезапно во время беседы царю становится плохо. Кровь пошла через его рот и уши.

Борис чувствует свою кончину. На прощание он хочет поговорить с Феодором, своим сыном. Царь дает ему советы и наставления. После напутствия к нему зашли попрощаться царица с царевной, патриарх и бояре. После чего над царем свершается обряд пострижения.

Ставка

В беседе c Басмановым, Пушкин просит его принять сторону Лжедмитрия. Басманов сообщает, что не пойдет на это. Он знает, что Лжедмитрий самозванец. Другая причина присяга, которую он дал Федору. Пушкин поясняет Басманову, что сила самозванца не в войске. Его сила это мнение народное.

Лобное место

На Лобном месте Пушкин объявляет о кончине Бориса Годунова. Он взывает к собравшейся толпе с просьбой присягнуть Лжедмитрию. Встревоженный новостями народ отправляется во дворец с целью уничтожить царского наследника. Басманов тоже нарушил данную ране присягу. Он переходит на сторону Лжедмитрия.

Кремль. Дом Борисов. Стража у крыльца

Царский сын и его сестра Ксения вместе с матерью заключены под стражу. Мнение народа разделилось. Некоторым жалко узников, другие не желают сострадать детям убийцы. В дом заходят бояре с тремя стрельцами. Люди никак не могут догадаться об истинной цели их визита.

Спустя несколько минут после их прихода в доме стали слышны крики, визг, ругань. Неожиданно все смолкло. На пороге появляется Мосальский. Он объявляет собравшемуся возле стен народу, что Феодор и Ксения отравились ядом. Основная версия их смерти самоубийство.

В толпе звенящая тишина. Он призывает славить Лжедмитрия, но в ответ снова молчание.

91. Авва Пимен говорил: не монах тот, кто жалуется на свой жребий; не монах тот, кто воздает злом за зло; не монах тот, кто гневается.

92. Некоторые старцы пришли к авве Пимену и сказали ему: если мы увидим братий, дремлющих во время службы, позволишь ли толкать их, чтобы они проснулись и бдели? Старец отвечал им: если я увижу брата дремлющего, то положу голову его на колена мои и успокою его.

93. Рассказывали об одном брате. Он искушаем был хульными помыслами, но стыдился говорить об этом. Где бы ни услышал о великих старцах, он ходил к ним с намерением открыться им; но как скоро приходил, стыдился исповедать пред ними свои помыслы. Часто ходил он и к авве Пимену. Старец видел, что брат мучится помыслами, и скорбел о том, что он не открывает их. В один день отозвал его старец и сказал: вот столько уже времени ты ходишь сюда, желая открыть мне свои помыслы; но когда приходишь, не хочешь сказать о них и уходишь опять с ними, мучимый по-прежнему. Скажи мне, сын мой: что у тебя на сердце? Брат отвечал старцу: диавол искушает меня богохульными помыслами, и я стыдился говорить об этом. Потом рассказал старцу свои богохульные помыслы и тотчас почувствовал облегчение. Старец сказал ему: не скорби, сын мой, но когда придет тебе такой помысл, говори: я не виноват; хула твоя, сатана, да падет на тебя; душа моя не хочет сего, – а всё, чего душа не хочет, скоро проходит. – Таким образом, брат пошел от старца, уврачевав душу свою.

94. Брат сказал авве Пимену: я замечаю, что куда ни пойду, везде нахожу себе помощь. Старец отвечал ему: в настоящее время Бог милосерд к тем, которые носят меч в руках своих. Если мы будем мужественны, Он явит нам милость Свою.

95. Авва Пимен говорил: если человек во всем будет винить самого себя, то везде устоит.

96. Он сказывал также, что авва Аммон говорил: иной человек сто лет живет в келье и не может научиться, как должно жить в келье.

97. Авва Пимен говорил: если человек достигнет того состояния, о котором сказал апостол: вся чиста чистым (Тит. 1, 15), то увидит, что он сам хуже всякой твари. Брат спрашивает старца: как могу думать о себе, что я хуже убийцы? Старец отвечал: если человек дойдет до состояния, указанного апостолом, и увидит человека, сделавшего убийство, то скажет: он однажды сделал сей грех, а я убиваю каждый день.

98. Брат спросил о том же предмете авву Анувия и пересказал ему слова аввы Пимена. Авва Анувий отвечал: если человек дойдет до состояния такой чистоты и увидит грехи брата своего, то праведность его поглотит их. Брат спросил: какая праведность его? Старец отвечал: это – всегдашнее обвинение самого себя.

99. Брат сказал авве Пимену: когда подвергаюсь я бедственному падению, помысл мой снедает меня и укоряет: для чего ты пал? Старец отвечает ему: коль скоро человек впадает в грех и скажет: согрешил я, – грех тотчас проходит.

100. Один брат спросил авву Пимена: почему демоны увлекают душу мою к тому, кто выше меня, и заставляют презирать того, кто ниже меня? Старец отвечает: потому, говорит апостол, что в велицем дому не точию сосуды злати и сребряни суть, но и древяни и глиняни… Аще убо кто очистит себе от сих, будет сосуд в честь освящен и благопотребен Владыце, на всякое дело благое уготован (2 Тим. 2, 20–21).

101. Брат спросил авву Пимена: почему я не могу откровенно говорить со старцами о своих помыслах? Старец отвечал: авва Иоанн Колов говорит: ни о ком так не радуется враг, как о тех, которые не открывают своих помыслов.

102. Брат сказал авве Пимену: сердце мое ослабевает, если случится со мною и небольшое искушение. Старец отвечал ему: как же не дивиться нам Иосифу, который, будучи семнадцатилетним юношею, до конца вытерпел искушение? Бог прославил его. Не видим ли и Иова: как он до самого конца не ослабел в терпении? Искушения не могли поколебать упования его на Бога.

103. Авва Пимен говорил: киновия (монашеское общежитие) требует трех добродетелей: смирения, послушания и ревностной готовности к общежительным работам.

104. Брат сказал авве Пимену: во время крайней нужды попросил я у одного святого мужа некоторой вещи для своего употребления, и он дал мне то в милостыню. Если же Бог устроит мое состояние, то раздать ли мне взятое в милостыню или лучше отдать тому, кто дал мне это? Старец отвечал: справедливость перед Богом требует, чтобы вещь отдана была тому, у кого взята; ибо она его. Брат говорит: но если я принесу вещь, а он не захочет взять и скажет мне: пойди, отдай это в милостыню кому хочешь – тогда что мне делать? Старец отвечал: и тогда вещь все будет принадлежать ему. Если бы кто дал тебе что-нибудь без всякой просьбы, то данное – твое. Если же ты выпросил что у монаха или у мирянина и он не захочет принять вещи назад от тебя, то долг твой – раздать это в милостыню от его имени и с его ведома.

105. Рассказывали об авве Пимене, что он никогда не хотел давать наставления своего после другого старца, но обыкновенно всячески восхвалял давшего наставление.

106. Авва Пимен говорил: многие из отцов наших были сильны в подвигах, но сильных по чистоте помыслов – один или два.

107. Однажды авва Исаак сидел у аввы Пимена. Послышался голос петуха. Исаак спросил: ужели здесь есть петухи, авва? Старец отвечал: Исаак! зачем заставляешь меня говорить об этом? Ты и подобные тебе слышат это; а кто бодрствует, тому нет нужды до сего.

108. Рассказывали, что когда братия приходили к авве Пимену, он отсылал их прежде к авве Анувию, потому что Анувий был старше его летами; но авва Анувий говорил им: идите к брату моему Пимену; он сам имеет дар слова. – Если же где находился авва Анувий вместе с аввою Пименом, то авва Пимен совсем не говорил в присутствии его.

109. Один мирянин весьма благочестивой жизни пришел к авве Пимену. У старца случились и другие братия, желавшие послушать беседы его. Старец сказал благочестивому мирянину: скажи братиям что-нибудь в наставление. Мирянин отказывался и говорил: прости мне, авва! я сам пришел учиться. Но старец принудил, и он начал говорить: я человек мирской, продаю овощи и веду обороты, развязываю пуки зелени, делаю из них небольшие связки, покупаю дешево, а продаю дорого. Не умею говорить от Писания, а скажу вам притчу. Один человек сказал своему другу: я желаю видеть царя, пойдем со мной. Друг отвечал ему: пройду с тобою половину дороги. Сказал он и другому: пойди, проводи меня к царю. Он отвечал: доведу тебя до царского дворца. Он сказал и третьему другу: пойдем со мной к царю. – Пойдем, отвечал третий друг, я доведу тебя до дворца, введу в него, скажу о тебе царю и представлю тебя ему. – Братия спросили мирянина: что значит эта притча? Он отвечал: первый друг есть подвижничество, которое доводит до истинного пути; второй – чистота, которая достигает до небес; третий друг – милостыня, которая с дерзновением приводит к Самому Царю – Богу. Таким образом братия получили назидание и разошлись.

110. Один брат жил вне села своего и в продолжение многих лет не входил в село. Он говаривал братиям: вот уже сколько прошло лет и я не входил в село, а вы так часто туда ходите. Сказали о нем авве Пимену. Старец отвечал: я пошел бы ночью и кругом обошел бы село, чтобы не тщеславиться мыслью, что я не хожу в село.

111. Брат просил авву Пимена: дай мне наставление. Старец говорит ему: когда горшок снизу подогревается огнем, то ни муха, ни иное какое пресмыкающееся не может прикоснуться к нему; когда же простывает, тогда они садятся на него. То же бывает и с монахом: доколе он пребывает в духовном делании, враг не может поразить его.

112. Авва Иосиф сказывал, что авва Пимен говорил: в Евангелии написано: кто имеет ризу, да продаст ее и купит нож, – то есть кто живет в удовольствиях, тот должен оставить их и избрать тесный путь.

113. Некоторые отцы спрашивали авву Пимена: позволишь ли нам обличить брата, когда мы увидим, что он грешит? Старец отвечал: а когда мне нужно бывает идти чрез то место и я вижу его во грехе, прохожу мимо и не обличаю его.

114. Авва Пимен говорил: в Писании сказано: яже видеста очи твои, глаголи (Притч. 25, 8); а я советую вам не говорить даже и о том, что осязали вы своими руками. Один брат был обманут точно таким образом. Представилось ему, будто брат его грешит с женщиною. Долго боролся он сам с собою, наконец подошел, толкнул их ногою, думая, что это точно они. Но оказалось, что то были снопы пшеницы. Потому-то я и сказал вам: не обличайте, если даже и осязаете своими руками.

115. Брат спросил авву Пимена: что мне делать? – меня искушает дух блуда и гнева. Старец отвечал: Давид говорит о себе: льва я поражал и медведя задушал (см. 1 Цар. 17, 35–36); а это может значить: я истреблял гнев и блудный помысл сокрушал трудами.

116. Авва Пимен говорил: больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя (Ин. 15, 13). Если кто услышит худое, то есть обидное, слово, и хотя может сам отвечать подобным словом, но преодолеет себя и не скажет; или если кто, будучи обманут, перенесет это и не станет мстить обманщику, тот полагает душу свою за ближнего.

117. Брат спросил авву Пимена: что такое лицемер? Старец отвечал ему: лицемер есть тот, кто учит ближнего своего тому, до чего сам не достиг. В Писании сказано: что видиши сучец, иже во оце брата твоего… и се, бервно во оце твоем? и след. (Мф. 7, 3–4).

118. Брат спросил авву Пимена: что значит гневаться на брата своего всуе (Мф. 5, 22)? – Всуе гневаешься, отвечал старец, если гневаешься за всякую обиду, которою обижает тебя брат твой. Даже хотя бы брат выколол у тебя правый глаз или отсек тебе правую руку и ты стал бы на него гневаться, – ты гневался бы всуе. Тогда только гневайся на брата, когда удаляет тебя от Бога.

119. Брат спросил авву Пимена: что мне делать с грехами своими? Старец отвечал: кто хочет очистить себя от грехов своих, очищает себя слезами; и желающий стяжать добродетели стяжавает их слезами. Ибо плач есть путь, указанный нам Писанием и отцами нашими, которые говорили: плачьте; кроме сего пути нет другого.

120. Один брат спросил авву Пимена: что значит – раскаяться во грехе? – Не делать более греха, отвечал старец. Праведники потому и названы непорочными, что они оставили грехи и сделались праведными.

121. Авва Пимен говорил: злоба людей скрывается за спиной у них.

122. Брат спросил авву Пимена: что мне делать? – меня тревожат сильные возмущения. – Во всякой скорби своей, отвечал старец, будем плакать пред благим Богом, пока Он сотворит с нами милость Свою.

123. Брат опять спросил старца: что мне делать с суетными пожеланиями, которые овладели мною? Старец отвечал: иной засыпает уже смертным сном, и все еще думает о сладостях мира сего. Не приближайся к ним и не касайся их – и они сами собою удалятся от тебя.

124. Брат спросил авву Пимена: может ли человек быть мертвым? Старец отвечал: когда человек впадает в грех, тогда он умирает; а если прилепится к добру, то будет жив и станет делать добро.

125. Авва Пимен повторял следующее изречение блаженного аввы Антония: «Велико могущество человека, если он обвиняет себя во грехах своих пред Господом и ожидает искушения до последнего издыхания».

126. Спросили авву Пимена: к кому относится слово Писания: не пецытеся на утрей (Мф. 6, 34)? Старец отвечал: оно идет и к человеку, который находится в искушении и малодушествует, – чтобы он не заботился и не говорил: сколько времени я пробуду в сем искушении? Но лучше ему думать и ежедневно говорить о том, что сегодня.

127. Авва Пимен говорил, что учить ближнего может только человек здравомыслящий и бесстрастный. Ибо что пользы в том, если кто строит чужой дом, а свой разрушает?

128. Говорил также: что пользы, если кто приходит учиться какому-либо искусству, и не учится?

129. Еще говорил: все, что противно умеренности, – от демонов.

130. Он же говорил: когда человек намерен строить дом, то собирает множество материалов и различного рода веществ, чтобы можно было ему поставить дом. Так и мы должны приобретать, хотя в некоторой степени, все добродетели.

131. Некоторые из отцов спросили авву Пимена: как авва Нистерой мог терпеть ученика своего? Авва Пимен отвечал им: если бы я был на его месте, то и подушку клал бы ему под голову. – Что же бы ты стал отвечать Богу? – спросил его авва Анувий. Авва Пимен отвечал: я скажу Ему: Ты Сам повелел: изми первее бервно из очесе твоего, и тогда узриши изъяти сучец из очесе брата твоего (Мф. 7, 5).

132. Авва Пимен говорил: алчность и сон не дают нам видеть и того, что легко видеть.

133. Также говорил: много было сильных, но мало поборников.

134. Также говорил со вздохом: все добродетели вошли в сей дом, кроме одной, без которой едва ли устоит человек – Какая же это добродетель? – спросили его. – Самоосуждение, отвечал старец.

135. Авва Пимен часто говаривал, что всего нужнее для нас трезвенный ум.

136. Некто из отцов спросил авву Пимена: кто это говорит: причастник аз есмь всем боящимся Тебе (Пс. 118, 63)? – Это говорит Дух Святой, отвечал старец.

137. Авва Пимен рассказывал. Один брат говорил авве Симону: если выхожу я из кельи своей и застаю брата своего развлеченным, то и сам развлекаюсь с ним; и если застаю его смеющимся, и сам смеюсь вместе с ним. Почему, когда возвращаюсь в келью свою, не нахожу покоя? Старец отвечал ему: хочешь ли, чтобы, выходя из кельи своей и встречаясь со смеющимися, и самому смеяться, и с говорящими самому говорить, а возвращаясь в келью свою, находить себя таким, каким вышел? Брат спрашивает: что же для этого надобно делать? Старец отвечал: держи стражу над собою в келье, держи стражу и вне кельи.

138. Авва Даниил рассказывал. Пришли мы однажды к авве Пимену и обедали с ним. После стола он сказал нам: пойдите, братия, отдохните немного. Братия пошли немного отдохнуть, а я остался, чтобы поговорить с ним наедине, и пошел в его келью. Но он, как скоро увидел, что я иду к нему, лег, будто бы хотел спать. Таково было правило у старцев – делать все втайне.

139. Авва Пимен говорил: если увидишь зрелище и услышишь разговоры, не пересказывай о том ближнему своему. Чрез это приходит искушение.

140. Также говорил: сперва беги один раз, – потом беги, а далее – будь как меч.

141. Авва Пимен сказал авве Исааку: сбрось с себя часть своей праведности – и ты будешь спокоен в краткие дни свои.

142. Брат пришел к авве Пимену и при некоторых тут бывших хвалил одного брата за то, что он ненавидит зло. – А что значит ненавидеть зло? – спросил у него авва Пимен. Брат смутился и не нашел, что отвечать; потом встал, поклонился старцу и говорит: скажи мне: что есть ненависть к злу? Старец отвечал: вот ненависть к злу: если кто возненавидел свои грехи, а ближнего своего почитает праведным.

143. Брат пришел к авве Пимену и спрашивает его: что мне делать? – Пойди, сказал ему старец, сблизься с тем, который говорит: чего более желать мне? – и найдешь покой.

144. Авва Иосиф рассказывал, что авва Исаак говорил ему: сидел я однажды у аввы Пимена и увидел, что он был вне себя. Имея к нему большой доступ, я поклонился ему и спросил: скажи мне, авва, где ты был? Он с принуждением отвечал: ум мой был там, где Святая Мария Богородица стояла и плакала при Кресте Спасителя; и я желал бы всегда так плакать.

145. Один брат спросил авву Пимена: что мне делать? меня давит какая-то тяжесть. Старец отвечал: и на малых, и на больших суднах пловцы имеют поясы, и если нет попутного ветра, то спускают канат, а пояса берут на плечи себе и тащат понемногу судно, пока Бог не пошлет ветра; а когда увидят, что настает мрак, они пристают к берегу и вбивают кол, дабы судно не ушло. Этот кол есть самоосуждение.

146. Один брат спрашивал авву Пимена о борьбе с восстающими помыслами. Старец отвечал ему: это дело подобно тому, как если бы у человека в левой руке был огонь, а в правой – чаша с водою. Если запылает огонь, то он берет из чаши воду и гасит огонь. Огонь – это внушения врага; а вода – усердная молитва пред Богом.

147. Брат спросил у аввы Пимена: что лучше – говорить или молчать? Старец отвечал ему: кто говорит для Бога, тот хорошо делает; равно хорошо делает и тот, кто молчит для Бога.

148. Один брат спросил авву Пимена: может человек достигнуть того, чтобы говорить худо о ближнем? Старец сказал ему: мы и братия наши как бы две картины. Если человек, смотря на себя, находит в себе недостатки, то в брате своем он видит совершенства; а когда сам себе он кажется совершенным, тогда, сравнивая с собою брата, находит его худым.

149. Один брат спрашивал авву Пимена о лености. – Леность, отвечал старец, может встречаться при начале всякого дела, и она есть вреднейший порок. Но если человек узнает, какова она сама в себе, то бывает спокоен.

150. Авва Пимен говорил: три телесных подвига замечаем мы у аввы Памво: ежедневный пост до вечера, молчание и большое рукоделье.

151. Также сказывал, что авва Феона говорил: хотя иной и приобретает добродетель, но Бог не для него одного подает благодать Свою. Ибо Бог знает, что он не пребыл бы верен в труде своем. Но если благодать чрез него сообщается и ближнему его, тогда он пребывает в нем.

152. Один брат говорил авве Пимену: я желаю вступить в Киновию и там остаться жить. Старец сказал ему: если ты пожелаешь вступить в Киновию и станешь с заботливостью обращать внимание на каждый случай и на каждую вещь, то не можешь жить так, как живут в Киновии. Ибо там ты и кувшином не можешь распоряжаться по своей воле.

153. Брат спросил у аввы Пимена: что мне делать? Старец отвечал: в Писании сказано: яко беззаконие мое аз возвещу и попекуся о гресе моем (Пс. 37, 19).

154. Авва Пимен говорил: что касается до блуда и злоречия, то человеку совсем не должно говорить о сих помыслах и даже не думать о них в сердце своем. Ибо если кто захочет внимательно рассуждать о них в сердце своем, не получит пользы; а будет иметь покой, если станет удаляться их.

155. Братия аввы Пимена сказали ему: пойдем отсюда. Здешние монастыри беспокоят нас, и мы губим души свои. Вот и дети своим плачем не дают нам безмолвствовать. Авва Пимен отвечал им: из-за гласов ангельских хотите вы уйти отсюда!

156. Авва Витимий спросил авву Пимена: если кто будет иметь на меня вражду и я попрошу у него прощения, а он не простит меня: что мне тогда делать? – Возьми с собою двух братий, отвечал старец, и проси у него прощения. Если и опять не простит, возьми других пять; если же и при сих не простит, возьми священника. А если и тогда не простит, молись спокойно Богу, да Сам Он вразумит его; а ты не заботься.

157. Авва Пимен говорил: учить ближнего – почти тоже, что и обличать его.

158. Говорил также: не исполняй своей воли; гораздо полезнее – смириться пред своим братом.

159. Один брат спросил авву Пимена: я нашел место, в котором есть все удобства для братий: позволишь ли мне жить там? Старец отвечал: живи там, где ты не будешь вреден для брата своего.

160. Авва Пимен говорил: страх Господень, молитва и благотворение ближнему – вот три основания совершенства.

161. Брат сказал авве Пимену: тело мое уже ослабело, а страсти не ослабевают. Старец отвечал ему: страсти суть терновые иглы.

162. Один брат спросил авву Пимена: что делать мне? Старец сказал ему: если бы Бог посетил нас, о чем бы нам заботиться? – О грехах своих, отвечал брат. Старец сказал: пойдем же в кельи свои, будем сидеть там и размышлять о грехах своих, и Господь во всем будет помогать нам.

163. Брат, отправляясь на торг, спросил авву Пимена: что ты присоветуешь мне делать? – Будь другом того, кто тебя обидит, отвечал ему старец, и спокойно продавай свои вещи.

164. Авва Пимен говорил: приучай уста твои говорить то, что у тебя на сердце.

165. Спросили авву Пимена об осквернениях. Он отвечал: если мы будем постоянно работать и внимательно бдеть за собою, то не найдем в себе осквернения.

166. Авва Пимен сказал: с третьего скитского поколения и со времени аввы Моисея братия не сделали новых успехов.

167. Также говорил: если человек соблюдает свой порядок, то будет покоен.

168. Один брат спросил авву Пимена: как должно мне жить в келье? Старец сказал: жить в келье со внешней стороны – значит иметь рукоделие, есть однажды в день, молчать и быть рачительным; а со внутренней стороны для келейного преспеяния надобно везде, где бы ни случилось быть тебе, подавлять в себе недовольство и не опускать часов общественной службы и келейных молитв. Если иногда случится тебе быть без рукоделия, то иди к службе и молись без рассеяния. Особенно держись доброго сообщества и удаляйся от сообщества худого.

169. Брат спросил у аввы Пимена: если за братом будет несколько моих денег, позволишь ли мне просить их у него? Старец отвечал ему: попроси у него однажды. Брат сказал ему: что же мне делать? я не могу преодолеть своего помысла. – Пусть помысл твой волнуется, отвечал старец, только ты не оскорбляй своего брата.

170. Случилось некоторым отцам зайти в дом одного христолюбивого человека; в числе их был и авва Пимен. За столом предложили им мясо. Все стали есть, кроме аввы Пимена. Старцы, зная его рассудительность, дивились, почему не ест он. Когда встали из-за стола, сказали ему: ты Пимен, а что сделал? Старец отвечал им: простите мне, отцы! Вы ели и никто не соблазнился; но если бы я стал есть, то многие приходящие ко мне братия соблазнились бы и стали бы говорить: Пимен ел мясо; почему же и нам не есть? – И старцы подивились его рассудительности.

171. Авва Пимен говорил: скажу вам: куда ни бросается сатана, я всюду настигаю его.

172. Авва Пимен сказал авве Анувию: отврати очи твои, еже не видети суеты (Пс. 118, 37). Ибо вольность убивает душу.

173. Один брат спросил авву Пимена: со мною живут братия; позволишь ли мне давать им приказания? Старец отвечал ему: нет! но ты сам сперва сделай дело, и если они хотят жить по-твоему, то увидишь, что должно им делать. Брат сказал ему: но они, отец, сами желают, чтоб я делал им приказания. Старец отвечал: нет, – но ты будь примером для них, а не законодателем.

174. Авва Пимен говорил: если придет к тебе брат и ты увидишь, что посещение его не принесло тебе никакой пользы, то испытай сердце свое и узнай, какие мысли были у тебя пред его приходом, и тогда увидишь причину, почему ты не получил пользы. Если ты сделал это со смирением и внимательностью, то, чувствуя тяжесть грехов своих, не станешь жаловаться на ближнего своего. Если человек благоговейно будет беседовать с братом, то не преткнется. Ибо Бог всегда пред ним. И я знаю, что от такой беседы человек приобретает страх Божий.

175. Также говорил: если кто живет вместе с отроком и увлекается им к какой-нибудь страсти ветхого человека, но, несмотря на то, не удаляет его от себя, то он похож на господина, который владеет полем, пожираемым червями.

176. Еще говорил: зло никаким образом не истребляет зла; а потому, ежели кто сделает тебе зло, ты делай ему добро, дабы добром истребить зло.

177. Еще говорил: Давид, когда боролся со львом, то брал его за гортань и тотчас убивал его (см. 1 Цар. 17, 35); так и мы, воздерживая гортань и чрево свое, при помощи Божией победим невидимого льва.

178. Брат спросил авву Пимена: что мне делать? – на меня находит печаль и я колеблюсь. Старец сказал ему: так искушение заставляет колебаться и малых, и великих!

179. Рассказывали об авве Пимене: жил он в Скиту с двумя своими братьями и меньший огорчал их. Авва сказал другому брату: меньший брат расстраивает нас; уйдем отселе! Вышли и оставили его. Тот, видя, что их долго нет, и догадавшись, что они уже далеко от него, с криком побежал за ними. Авва Пи-мен сказал: подождем брата, он устанет. Младший брат, когда дошел до них, поклонился и сказал: куда вы уходите и оставляете меня одного? Старец сказал ему: ты оскорбляешь нас, потому мы уходим. Он отвечал им: правда, правда, – но пойдем вместе, куда хотите! Старец, видя простоту его, сказал брату своему: воротимся, брат; он без намерения делал нам огорчения, но диавол внушал ему. – Воротились и пошли в свое место.

180. Настоятель Киновии спросил авву Пимена: как мне приобрести страх Божий? – Как нам приобрести страх Божий, отвечал авва Пимен, когда у нас чрево, как сосуд, наполненный сыром, и как бочка с солеными припасами?

181. Брат говорил авве Пимену: авва! были два человека: один монах, а другой мирянин. По вечеру монах задумал утром снять с себя схиму, а мирянин решился быть монахом, но оба они умерли в эту ночь. Как же судить о них? Старец отвечал: монах умер монахом, а мирянин мирянином; ибо в каком состоянии они находились, в том и отошли.

182. Авва Иоанн рассказывал. Пришли мы однажды из Сирии к авве Пимену и желали спросить его о грубости сердца; но старец не знал по-гречески; переводчика же в то время не случилось. Видя печаль нашу, старец начал говорить на греческом языке: вода по свойству своему мягка, а камень тверд. Но если над камнем висит желобок, то вода, стекая каплями, мало-помалу пробивает камень. Так и слово Божие мягко, а сердце наше грубо; но если человек часто слушает слово Божие, то страх Божий приходит в сердце его.

183. Авва Исаак пришел к авве Пимену и увидел, что он льет воду на ноги свои. Будучи близок к нему, спросил его: почему же некоторые весьма строго обращались со своим телом, не щадя его? Авва Пимен отвечал: мы учились умерщвлять не тело, а страсти.

184. Авва Пимен говорил: от трех вещей не могу совершенно освободиться: от пищи, одежды и сна; впрочем, в известной мере можем обходиться и без них.

185. Один брат сказал авве Пимену: я много ем овощей. Старец отвечал ему: это не полезно тебе; ешь хлеб свой с немногими овощами и не ходи в дом отеческий ради нужд своих.

186. Рассказывали об авве Пимене. Когда бывали у него какие-нибудь старцы и, разговаривая о старцах, упоминали об авве Сисое, Пимен говорил: перестаньте говорить об авве Сисое, ибо дела его выше повествования.

Вениамин, епископ Люберецкий, викарий Московской епархии

Вениамин, в миру Владимир Николаевич Зарицкий (1953), наместник Николо-Угрешского мужского монастыря, епископ Люберецкий, почти тридцать лет посвятил служению богу и Святой церкви. Уроженец Винницкой области. Прошел сложный и большой путь, пока оказался послушником Троице-Сергиевой лавры. В декабре 1990 года владыка Вениамин, тогда еще архимандрит, был направлен в Угрешскую обитель. Первую службу провел 19 декабря 1990 года на площади перед Успенским собором. В основном благодаря стараниям наместника монастыря владыки Вениамина Угрешская обитель поднялась из руин в невиданно короткий срок. На территории монастыря восстановлены в первозданном виде разрушенные храмы и соборы, возведены новые. Возведены городские храмы: в честь святого благоверного князя Дмитрия Донского, святителя Макария (Невского) , храм Сошествия Святого Духа на апостолов на новом кладбище. Основаны подвория монастыря в Рязанской области и городе Астрахани.

Качества характера наместника позволяют ему сочетать строгость, мудрость в управлении всеми сферами жизнедеятельности обители с искренней любовью ко всем, кто приходит в дом Святителя Николая, кто ищет в обители помощь, утешение и по милости божией получает душевный покой.

За большой вклад в возрождение духовно-нравственных традиций и укрепление гражданского мира наместник Свято-Никольского Угрешского ставропигиального мужского монастыря епископ Люберецкий Вениамин награжден орденом Дружбы.

Владыка награжден многими патриаршими наградами. Это заслуженная оценка трудов наместника, знак его отличия перед Русской Православной Церковью. Наш город, признавая заслуги владыки Вениамина, удостоил его звания Почетного гражданина.

Владыка постоянно участвует в крупных городских мероприятиях, ведет диалог не только с властью, но и с народом: к нему с вопросом может подойти любой человек и всегда получит ответ.

Подготовила Л.А. Гаврилова. 19.05.09
Е.И. Бурдейная Славный юбилей. Д. «Угрешские вести» № 38. 2008
«Угрешские вести» №40. 2004 Фотография сайта Московского патриархата

Подробно о жизненном пути Преосвященного Вениамина в книге «Летопись Николо-Угрешского монастыря 1905-2009» (страница 235), опубликованной на сайте www.ugresha.org. Год выпуска: 2009. Издатель: Николо-Угрешский монастырь. Полный текст :

Дополнение. Определением Священного Синода Русской Православной Церкви от 31 мая 2010 года Преосвященный Вениамин, епископ Люберецкий, викарий Московской епархии, назначен управляющим Пензенской и Кузнецкой епархией с освобождением должности наместника Николо-Угрешского монастыря. Это большая потеря для города. Подвиг Преосвященного Вениамина, возродившего из руин Николо-Угрешский монастырь, является выдающимся для нашего времени. Это пример беззаветного, всёпоглощающего служения России, любви к её историческим корням. Словно предчувствуя расставание с городом, в последнее время Преосвященный Вениамин неоднократно на городских собраниях говорил о благодательности этого уголка земли Русской, в котором нам посчастливилось жить и трудиться.

Якушкин Р.В.
«Угрешские вести» №22 Е.Бурдейная. 2010

9 августа – престольный праздник Пантелеимоновского больничного храм…а 9 августа храм святого великомученика Пантелеимона Целителя отметил свой престольный праздник. В 1993 году на первом этаже больничного стационара для храма выделили небольшое помещение, где вскоре была совершена первая в его истории Божественная литургия. С этого момента началась богослужебная жизнь новой церковной общины, имеющий свой особый уклад. Насельник Николо-Угрешского монастыря иеромонах Андроник не только совершает богослужение в Пантелеимоновском храме, но и окормляет лежачих больных, а также посещает детское отделение Дзержинской городской больницы, причащая его маленьких пациентов. Особое внимание батюшка уделяет малышам из Люберецкого дома малютки, для которых в отделении оборудована отдельная палата. Постоянных прихожан храма во имя великомученика Пантелеимона — вместе с хором — не более десяти человек, однако на службе всегда бывает много молящихся: это больные, которые проходят лечение в стационаре. Выздоравливающие «уступают» место в палате и в храме тем, кто в данный момент остро нуждается в помощи. Многие из тех, кто по молитве к Великомученику получил исцеление, приходят сюда уже не с просьбой о милости, а со словами своей сердечной признательности святому. А как иначе? На свете есть множество вещей, без которых мы можем прожить – сложно, не комфортно, но можно, а перед болью мы беззащитны, и все наше упование только на помощь «извне». А потому и на прием к доктору спешим записаться, и молитва наша, чем сложнее ситуация, тем становится сердечней и горячей: «О, великий угодниче Христов, страстотерпче и врачу многомилостивый Пантелеймоне! Умилосердися надо мною, грешным рабом, услыши стенание и вопль мой, умилостиви Небесного, Верховного Врача душ и телес наших, Христа Бога нашего, да дарует ми исцеление от недуга, мя гнетущаго…». С просьбой о даровании исцеления и терпения обращаются люди к святому Пантелеимону, который при жизни овладел искусством врачевания. Будучи искусным целителем, он вверил свой талант в руки Господа и всецело посвятил себя церковному служению. Великомученик стал не просто непревзойденным врачом, в деле своем он проявлял поистине христианское милосердие. Зная из жития святого о его твердости во Христе, его милости к безутешным и страждущим, люди молятся Целителю о духовном и телесном укреплении. http://ugresha.org/…/3278-9-avgusta-pre… See More

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *