Кременско вознесенский монастырь

В 1782 году по благословению Преосвященнейшего Тихона, епископа Воронежского в монастыре вместо деревянной церкви возводится каменный Вознесенский собор, который имел два придела: северный — во имя апостола Андрея Первозванного и первомученика архидиакона Стефана, и южный теплый — в честь Благовещения Пресвятой Богородицы, устроенные трудами атамана Ефремова. Прекрасный иконостас в 4 яруса, паникадило, ризы и другую утварь купили на пожертвования Ивана Перфилова. Позднее придел в честь преподобного Сергия Радонежского в трапезной части храма поставили за свой счёт игумен Илья с братией. В храме был сделан и серебряный ангел весом 3,5 фунта, как бы спускающийся с небес. Всего на возведение и убранство собора ушло 13000 золотых руб. На деревянной колокольне были 7 колоколов, самый большой из которых весил 100 пудов.

Со временем монастырь разрастался, были выстроены: стена, кельи, трапезная, игуменский дом . С 1783 года настоятелем пребывает строитель Варлаам. На 1786 года в монастыре служат Богу 31 человек: настоятель, 3 иеромонаха, 20 монахов и трудники. Имелась здесь и сотня монастырских крестьян, выделенных от казны в услужение. В конце XVIII века сюда назначается для караула 4 казака.

Отдалённая обитель предназначалась для жительства казаков, израненных во время боёв и походов. Если же престарелый воин, уйдя в монастырь, не находил себе там места, то обычно он выкапывал где-то поблизости свою землянку-келью, в которой и проводил в уединении отпущенное ему Богом время. Отшельники устроили в горе несколько пещер-келий, впоследствии соединенных между собой ходами. Там же была сделана небольшая подземная церковь.

С целью борьбы с казачьей вольницей в XVIII веке государство начинает подавлять самостоятельность казаков и священников Войска Донского. В 1788 году, во времена Екатерины II, упразднение монастырей коснулось и Кременского Вознесенского. По указу императрицы от 25 апреля 1788 г. и Святейшего Синода от 3 мая 1788 г. было велено не имеющие штатов монастыри «обратить в приходские церкви, стараясь, где удобно, поместить малые народные школы и богадельни для призрения бедных и немощных». Церковная утварь и ризницы должны были поступить в архиерейский дом, но монахи затянули передачу аж до 1797 года. Почти всех монашествующих перевели в другие обители, только иеромонаху Варлааму с 2 монахами (одного из которых звали Георгий) в 1788 году разрешили остаться в Кременском монастыре для сохранения имущества до обращения церкви в приходскую.

Многочисленные просьбы казаков о возвращении обители сыграли свою роль, и по указу Синода от 20 октября 1798 г. она была восстановлена на содержании Войска Донского как внештатный монастырь 3-го класса. Ей возвращаются все земли. Число братии обычно в таких обителях по штату составляло 12 монахов, но войсковой атаман генерал-майор Орлов просил, чтобы здесь оставили примерно такое число братии как в общежительной Саровской пустыни (41 человек) и Николаевской Рыхловской (15 человек). На 1796 год здесь проживали иеромонах Варлаам, монах Георгий и 17 послушников, помимо молитвы, работавших на 2 мельницах и больших сенокосах.

В 1812 году монахи лечили вернувшихся с Отечественной войны казаков. Также в отдалённую обитель власти ссылают на епитимию различных лиц, например, некоего слепца, «разсеявавшего плевелы лжеучения», или воронежского купца Сазонова. Многие менялись до неузнаваемости, и не хотели уходить из полюбившегося места, хотя жизнь здесь в те времена была тяжёлая.

В 1814 году игумен Иоасаф жалуется епископу Воронежскому и Черкасскому на крайнюю ветхость строений: нет ограды, колокольни, кельи обветшали, храм требует ремонта. Он планирует выстроить больницу с Сергиевской церковью. Планы и фасады проектов, на которых присутствуют каменная ограда, двухэтажные дом настоятеля и кельи с башнями по углам, отправляют владыке. Войско решает помочь в перестройке обители, выдав до 5000 руб. Атаман Платов дозволил с 1819 по 1835 годы выделять по 1000 рублей «для содержания игумена и монашествующих». В марте 1814 года игумену дают 3000 рублей «на устроение монастыря».

В связи со своей отдаленностью, обитель имела еще «значение для Донской области, как исправительное место, куда посылаются духовные, провинившиеся в чем-либо пред духовным начальством, и посылаются по суду гражданской власти. …Монастырская братия относится к тем и другим с деликатностию, чем привлекает к себе и к монастырю несчастных.»

14 июня 1834 года в обители открывается приходское училище. На 1835 год в нём обучалось 48 мальчиков. Содержалось училище за счёт станичных сумм. В этом же 1835 году в обители проживали игумен Парфений, 5 иеромонахов, 2 монаха, 1 священник, 1 диакон, 4 дьячка, 1 пономарь, 14 послушников возрастом до 75 лет.

У могил «Семи братий» во времена лихорадок и иных хворей, молящиеся получали исцеления. В 1859 году жителями станицы Кременской у могил построена камплица (каменная четырёхугольная часовня). Особенное стечение народа наблюдалось сюда на праздник Вознесения Господне. Крестные ходы к часовне с близлежащих станиц и хуторов начинались за 3 дня до этого.

В 1861 году началось капитальное строительство. Перестраивается настоятельский дом с 5 покоями, буфетом, кладовой (правда, без отделки); идут работы на Чернополянской мельнице. В 1862 году составляется смета на возведение каменного дома для настоятеля ценою в 20973 руб. 87 коп., а также каменной ограды и колокольни. Всего стоимость сметы составляет 43545 руб. 97 коп. Уже при архимандрите Маркеллине в 1863 году оканчивается деревянный братский корпус 24 на 12 аршин с 8 кельями и кухней. А на следующий год появляются мезонин, соединяющий дом архимандрита с новыми кельями, дом для просвирни, 4 кельи с отдельным входом, перекрывается гостиный двор.

С 1867 года в Кременском монастыре на покое пребывал архиепископ Новочеркасский и Донской Иоанн до своего скончания в 1872 году.
В справках предреволюционного времени указывается численность монашествующих на 1912 год – 25 монахов и 47 послушников.
С приходом советской власти обитель, как и многие другие, была закрыта. При наступлении Белой армии красные установили на колокольне пулемёт. В результате обстрела храм получает несколько злых отметин — в стене Стефано-Андреевского придела появилась пробоина от снаряда в метр шириной (есть и другие повреждения). Старожилы вспоминают, что красногвардейцы нашли у монахов лишь одного телёнка, которого и съели. Насельников (а их насчитывалось около 80 человек) в 1918 году разогнали, нескольких отказывавшихся уходить заточили в винный погреб и расстреляли, но многие вернулись в родную обитель (монахи прятались неподалёку в пещерах). По рассказам, последний живший здесь монах умирает в 1937 году.

Часовня на месте захоронения «Семи братий», часть построек была разрушена, входы в пещеры завалены. Правда, уцелело и дошло до наших дней братское кладбище, где предано земле около 15 монахов.
В самом монастыре с 1924 года была размещена колония для психически больных. Но уже в 1925 году здесь организовывается детская сельскохозяйственная колония из 150 беспризорников от 7 до 18 лет. Они размещаются в 9 жилых корпусах, кое-как отремонтированных в 1926 году. Дети жили в ужасных условиях (грязно, скученно, многие спят на полу и т.п.). Сам монастырь («ветхий, требует по своему обряду капитального ремонта») согласно документам государственного архива Волгоградской области «находится в ведении общества ближнего хутора», и охраняется двумя монахами. Проверяющие губернской детской комиссии в феврале 1927 года требуют передать его колонии под клуб. А в апреле 1928 года Губадмотдел и Усть-Медведицкий окрисполком приказывают фроловской милиции к 20 апреля выселить монахов из Кременского монастыря для детколонии, а культовое имущество сдать на временное хранение Волисполкому. Колония помещалась здесь по 1939 год.
Во время Великой отечественной войны в монастыре стояла наша часть, один из солдат которой — мусульманин, сильно болевший, получил на источнике исцеление. Он поклялся, что вернётся сюда, если останется жив, и вот в 1956 году он назначается директором психбольницы, опять размещённой в обители. Вместе с супругой этот человек раскапывал засыпанный источник.
Несмотря на многочисленные запреты властей, на месте разрушенных часовен ежегодно служились службы, приезжали паломники, за которыми негласно следили уполномоченные представители Совета по делам Русской Православной Церкви при СМ СССР по Сталинградской области.
На ежегодный крестный ход 22 мая регулярно собиралось до 200 человек. Но власти запретили проведение служб и массовое паломничество, прекращённые с 1948 году. В 50-е годы они пытались разрушить и храм , но трос, привязанный к его стене, порвался, а трактор загорелся. Больница просуществовала здесь примерно до 1967 г., а после обитель пустует, потихонечку разбирается предприимчивым людом.
В 1991 году монастырь был возвращен Русской Православной Церкви.
Возрождение Кременского монастыря началось с приезда осенью 1992 года архиепископа Волгоградского и Камышинского Германа. Прихожане из г. Фролово расчищают территорию от мусора, помогают становлению обители благочинные из близлежащих райцентров Фролово и Иловли.
В июле 1993 года в обитель был назначен иеромонах Даниил (Михайлов). С 1996 года наместником монастыря являлся игумен Руфин (Иванов). При игумене Руфине (Иванове) восстанавливаются храм, часовни, постройки. В сентябре 2001 году освящается каменная часовня во имя святителя Николая. На церкви были установлены купола с крестами и колокола, расчищен находящийся в 3 километрах от неё святой источник Казанской Божией Матери, приведены в порядок могилы «Семи братий», где в октябре 2002 года закладывается часовня. В июле 2001 года начинается строительство Пятницкого скита, ныне состоящего из срубленной надвратной часовни во имя вмц. Параскевы Пятницы, двух келий и бани. Есть здесь также и Иоанно-Предтеченская часовня.

В 2007 году был назначен новый наместник – игумен Савин (Аганин).

В монастыре ведутся реставрационно-восстановительные работы. Отреставрировано здание собора, частично устроено внутреннее убранство собора, восстановлены трапезная и гостиничный корпус, благоустраивается территория монастыря.

Главные святыни монастыря: частица Животворящего Креста Господня, частица Пояса Пресвятой Богородицы и чудотворная Августовская икона Божией Матери. Также в монастыре находятся частицы святых мощей: апостола Андрея Первозванного, святителей: Николая чудотворца, Спиридона Тримифунтского, Луки Крымского; великомучеников: Георгия Победоносца, Димитрия Солунского, Пантелеимона Целителя; мученика Вонифатия, преподобного Антония Великого и других угодников Божиих.

Аудио

По легенде, на территории будущего монастыря еще в XV веке существовал скит, семеро монахов которого были убиты разбойниками. Также эта святая обитель связана с историей Всевеликого войска Донского и памятью императора Александра III. Монастырь находится среди бескрайних степей. Его главная святыня — Августовская икона Божией Матери.
(В расшифровке сохранены некоторые особенности устной речи)

Программа «По святым местам» продолжает свое путешествие по югу России. На меня сейчас дует самый настоящий степной ветер – мы с вами в Волгоградской области, а когда-то здесь были земли Всевеликого войска Донского. И вот в этих краях давным-давно был основан Свято-Вознесенский Кременский мужской монастырь. О нем наш сегодняшний рассказ.

Земли войска Донского находятся на юго-востоке России. Еще с XV века здесь стали селиться казаки для охраны границ империи. Свободолюбивый характер местного населения не очень способствовал установлению монашеской жизни, хотя история хранит предание о семи братьях.

Игумен Савин (Аганин), наместник Свято-Вознесенского Кременского монастыря:

– Точно никто не знает, откуда они; говорят, откуда-то с севера. Кто-то говорит – с Соловков, доподлинно неизвестно. Известно, что они сюда пришли. И здесь был своего рода скит. Была устроена деревянная церковь в честь преподобного Сергия Радонежского, и они молились в этом храме.

И вот в скит пришли разбойники, которые ограбили и убили монахов. Семь братьев были похоронены в степи, и рядом с их могилами построена часовня. Так и стояла бы она одиноко среди бескрайних просторов, но на рубеже XVII–XVIII столетий атаманское правление решает выделить две тысячи десятин земли под святую обитель. Петр I дает разрешение на строительство деревянного храма.

Игумен Савин:

– Не было тут много монахов: и пятнадцать было, и двадцать, и тридцать, но большого количества не было. Многие казаки заканчивали здесь свою жизнь, приходили и впоследствии подвизались тут. Многие атаманы сюда вкладывали какие-то средства, благодетельствовали и устраивали здесь корпуса, храм.

Вознесенский храм строили 18 лет. Церковь впечатляет своей монументальностью, основательностью и крепкими стенами. Здесь четыре придела: главный, зимний придел, посвященный Благовещению Пресвятой Богородицы, правый – в честь первомученика архидиакона Стефана; и еще один небольшой, посвященный преподобному Сергию Радонежскому.

Игумен Савин:

– Видя все эти строения, можно сказать, какой дух был у людей. Строили не на один год или десять лет, а на века, причем с таким запасом, что нам еще очень далеко до этого. Уже прошли два столетия, а мы до сих пор этим пользуемся; и дай Бог, еще будем пользоваться, и молиться, и славить имя Божие в этих стенах. Сейчас мы все это пытаемся привести в благообразие, чтобы сюда могли приезжать люди, молиться, прикладываться к святыням, которые у нас есть, и получать духовные силы для дальнейшей жизни.

Детская колония, психиатрическая больница, туберкулезный диспансер – так советская власть распорядилась монастырскими постройками. Отдали Церкви святую обитель в 90-х годах, и можно представить, как тогда выглядели здания.

Игумен Савин:

– Выглядели они, конечно, плачевно. У храма не было никакого убранства, ничего не было отделано; соответственно, никакого благоустройства территории не было. Этот корпус был разрушен, не было крыши, один остов стоял. Этого здания тоже не было – оно было разрушено, то есть был храм и был вот этот корпус.

– Жили вы здесь, получается?

Игумен Савин:

– Да, жили мы здесь, там внутри была церковь домовая, потому что здесь невозможно было молиться. Молились тут, комнату одну выделили. Остальное было в развалинах.

Но вот что удивительно: паломничество к этому месту не прекратилось даже в советские годы. Люди шли и к часовне в честь семи братьев, и к Вознесенскому храму. Последний настоятель обители игумен Пантелеимон служил в соседней станице до 1963 года. Он и спас главную святыню монастыря – Августовскую икону Божией Матери.

Первая мировая война, Германия наступает. Эти дни были печальны для России. Тысячи солдат, к тому времени потерявшие многих товарищей, шли в неизвестность, готовые в любой момент оказаться под обстрелом.

Игумен Савин:

– Наши воины попали в окружение. Почему Августовская? Августовские леса – это современная Польша, там наши воины попали в окружение, стали молиться, и в небе явилась Пресвятая Богородица и указала путь, как выйти из окружения.

И вот заметки об этом событии всколыхнули тогдашнюю прессу. В этом храме вы можете увидеть старинный журнал «Нива» от 15 ноября 1914 года. Именно в 46-м номере и было впервые напечатано известие о том самом чуде, которое случилось в годы Первой мировой войны.

«После нашего отступления офицер с целым полуэскадроном видел видение. Они только расположились, было одиннадцать часов вечера, тогда прибегает рядовой с обалделым лицом и говорит: «Ваше благородие, идите!» Поручик пошел и вдруг видит на небе Божию Матерь с Иисусом Христом на руках. Одной рукой Она указывает на запад. Все нижние чины стоят на коленях и молятся. Он долго смотрел на видение, потом это видение изменилось на большой крест – и исчезло».

Примерно в ста километрах отсюда находится хутор Клетско-Почтовский. Его казачки в благодарность Царице Небесной собрали деньги и попросили написать этот образ.

Игумен Савин:

– Этой иконе сто лет, подлинник находится у нас. Августовских икон много, не только у нас были воины из этих мест. Рядом Серафимовичский район (раньше Медведевский), и оттуда тоже уходили казаки на войну. Она, кстати, и написана в таком картинном стиле (у каждой иконы есть канон), но это не умаляет ее. Главное, что это событие было, было чудо, Ее явление. И чудо то, что наши воины спаслись, вышли из этого окружения и явились домой невредимые и здоровые.

Игумен Пантелеимон, уходя из монастыря, унес образ с собой. Позже он хранился в домах людей, потом священник из Фролово перенес икону в храм этого города, а позже, с возрождением монастыря, святыня вновь вернулась в обитель. Интересно рассказать и о том, что этот Богородичный образ даже отвозили в Польшу, как раз в то самое место, где и явилась русским солдатам Царица Небесная.

Другая святыня, которая, как жемчужина, находится в красивой оправе, – частица пояса Пресвятой Богородицы (единственная реликвия, которая сохранилась от земной жизни Царицы Небесной).

Образ Александра Невского также имеет свою историю. Дело в том, что еще в XIX веке один местный монах при постриге дал обет молиться за императора Александра III. Уже позже, в годы правления Николая II, Николай Александрович узнал об этой сугубой молитве за своего отца и передал в дар святой обители икону Александра Невского, которая была доставлена из Санкт-Петербурга.

Игумен Савин:

– Ее несли где-то дня два – не так много; тут, может быть, километров тридцать. Ее потихоньку несли, останавливались в хуторах, служили молебны перед этой иконой, потом принесли ее в наш монастырь. Конечно, когда монастырь был разграблен, она тоже была утрачена, но мы попросили, чтобы примерно такого же размера нам написали этот образ. И вот он написан. Монастырь известен, о нем знали, несмотря на то, что мы, конечно, далеко от Москвы, но тем не менее…

Сейчас в монастыре восстанавливают стены и колокольню, разбили сад.

Игумен Савин:

– Надо сказать (читаем это по летописи, по истории монастыря), постоянно что-то строилось (как и везде: что-то подстраивается, убирается, ломается). Можно сказать, что из добротных зданий остались: сам храм (постройки XVIII века), этот корпус (если брать по летописям, это окончание 1872 года) и этот – 1864 год. Это был странноприимный дом в то время (богадельня, гостиница), а тут жили братья, монахи. Был еще дом игумена, но, к сожалению, его нет – остался один фундамент. Еще был один дом; там, может быть, епископ жил. Дело в том, что здесь в конце XIX века жил епископ на покое Иоанн (Доброзраков), он тут и умер. Был похоронен в этом храме, а уже в начале XX века его мощи перенесли в город Новочеркасск, где он находится сейчас в кафедральном соборе.

Чтобы добраться до монастыря, нужно преодолеть около 110 км от Волгограда до станицы Новогригорьевской, там будет паромная переправа через Дон, а вот далее нужно двигаться на том транспорте, который преодолеет высокие степные холмы.

Игумен Савин:

– Очень тихо, уединенно.

– Это плюс для вас или, наоборот, скучаете?

Игумен Савин:

– Если для монастыря – это большой плюс. Очень хорошо, тихо, спокойно. Трудность чисто экономическая – надо же все это поддерживать, зимой отопление… А так – это большой плюс, минусом точно не является. Мы рады всем, кто приезжает. Монастырь – место для уединения, для молитвы, скучать не по чему, хватает своих забот – не до этого и не до скуки точно. Знаете, есть такая поговорка: незанятые руки – это прибежище дьявола. То есть когда человек ничем не занят, всякие мысли лезут в голову, а когда занят каким-то делом, то это уже какой-то труд, какую-то пользу приносишь и себе, и окружающим – тогда все нормально. А если ничего не делать, просто лежать и думать, будет скучно и неинтересно везде. А еще темные силы тоже не дремлют, начинают искушать… Все это от того, что человек ничем не занят. Если занят, то время летит быстро; если еще и послушание, молитва, труд – хватает, скучать не приходится.

Автор и ведущая программы Надежда Калинина

Записала Елена Чурина

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *