Философия религия наука их единство и различие

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Как стать экспертом?

Кроме того, в религии допустимы чудесные явления (вмешательство высших сил), то есть нарушение законов природы о строгой закономерности всех явлений, не совместимых с позиции науки, исследования которой открыли природные причины множества «чудес», например, смены фаз луны и времен года, восхода и захода солнца, возникновения ураганов, засухи и т. п. Природа в науке является космосом, а не хаосом как в религии, следовательно, существуют и закономерности, которые могут быть сформулированы в виде научных теорий и законов.

Наука, беря мир как замкнутую систему (аналогия с движущимся вагоном), стремится дать ответ на вопрос «как он устроен?», поскольку исследует причинно-следственные связи, в то время как религия движется дальше, задаваясь «вечными вопросами» «почему?», «для чего?», «существует ли Бог?», «есть ли жизнь после смерти?», «каково происхождение добра и зла?», связанными с абсолютными идеалами.

Сходство религии и науки лежит в том, что они обе пытаются создать стройную картину мира, имеют общий корень — стремление к знанию самому по себе, удивление перед премудростью мира, обе являются неким базисом для миропонимания и первичного отношения к бытию, отличающего творцов научной мысли и религиозного сознания от обыкновенного обывателя и ограниченности ума.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id85535

Обновлено: 2020-05-09 Опубликовал(а): jiojoe

Наука отличается от религии тем, что в неё не надо верить. Каждый постулат не существует бессмысленной мантрой ни для чего, а является элементарно проверяемым и, более того, используемым для прикладного применения. Из религиозной мантры «Бог создал мир за 7 дней» не следует ничего. В это можно верить, можно не верить — ничего не изменится. Ну хорошо, не за 7, а за 8. И не дней а недель. И не Бог, а Ктулху. Или Макаронный Монстр. И что? Ничего. В это либо веришь, либо нет. Ни для чего полезного это неиспользуемо всё равно, и с равной степенью бессмысленности можно верить хоть в @ghkelyhuklfkktjyjbjtlrnm@. По осмысленности — равнозначно. Собстно, религия и занимается тем, что пытается прочитать «истинное имя Бога» скрытое, якобы, в наборе бессмысленных знаков или случайно выпавших костей у предсказателя. Дело бесполезное, однако достаточно прибыльное для сотрудников культа, а потому может существовать вечно, как любое мошенство.
Наука же, если чего-то сообщает, то, несомненно, сие имеет конкретный и проверяемый на практике смысл. Закон всемирного тяготения — это не набор букв, который можно произвольно менять без изменения смысла, а конкретный тезис, на основе которого можно построить, например, пушку, и снаряд её будет лететь именно туда, куда предсказано, а не «Солнце в Весах, Юпитер в Козероге — завтра будет дождь, а может, революция!». Если что-то попытаться поменять в формулировке и постоянных — снаряд не полетит по новой траектории, просто ваш тезис перестанет отвечать реальности, а в существовании такого «учоного»-еретика пропадёт всякий смысл, и его побьют и вываляют в перьях, если его волюнтаристская модель пушки с альтернативным законом всемирного тяготения не будет работать, или будет посылать снаряды куда бог пошлёт, а не куда предсказано «учоным».
Это религии вольнО менять доктрину как угодно. Можем креститься хоть двумя перстами, хоть тремя. Можно утверждать хоть монофизитство, хоть диафизитство, хоть вообще пантеизм. В мире вообще не изменится ничего, и небо на землю не упадёт, а свечки в храмах не подешевеют ни на копейку.
Это то, что касается исходных, теоретических различий и тут всё ясно. Совсем другое дело — это адепты. Теория и различие научного метода от религиозного — это одно, а вот люди — всегда люди. Нильс Бор, проникший в тайну ядра и могущий рассчитать ядерный реактор на листке бумаги. Епископ, с успехом разводящий паству на бабки и весело ржущий над убогими придурками, сняв рясу и весело развлекаясь с выездной бригадой горячих монашек в бане на деньги, притараненные дурачками на свечки. Это с одной стороны. А с другой — прихожане, с благоговением повторяющие мантры «Омм паде мани хумм!», равно как толпа поклонников Илона Маска, считающих, что он — проводник науки и прогресса, пророк будущего и открыватель неведомого со своей шутовской электротележкой. И эта вторая сторона — качественно одинаковая.
Простой образованец, с горем пополам окончивший среднюю школы и Акадимию Рыбы и Мыла по классу фортепьяно от философских принципов науки далёк, как от инфузории добродетель. Он в жизни не проверял и не применял ни одного научного тезиса. Ему ускорение свободного падения на Земле хоть 9,8 метров на секунду в квадрате, хоть 998 килограм на ампер в час. Одинаково абстрактное и ничего не значащее, как для религиозного фанатика «Авраам породил Иакова» — бессмысленная мантра непойми для чего, в которую можно только верить сам не зная зачем. Этот пэтэушник затвердил, что g=9,8m/s^2 и верит, что это так, а больше ему нихуя не надо. Если б учитель ему сказал, что оно не 9,8, а 109,8 — он бы верил ровно так же и для него ничего не менялось вообще. Тем паче, когда мы говорим о вещах, которые не входят в курс школьной физики. Ускорение свободного падения хоть решая задачи можно соотнести с реальностью. Если по решению оной в ответе получается, что пешеход у вас за час проходит пешком 100 километров, или наоборот — отрицательное количество километров, то есть повод заподозрить, что учитель тебя наебал с размерностью. А вот есть ли у нейтрино масса и какова скорость света в вакууме — у обычного гражданина ничего не остаётся, кроме верить чего-то говорящему там гражданину в профессорской шапочке. Мож оно и так, а мож наёбывает. Сам-то гражданин профессор знает как оно на самом деле, раз уж спутники летают, кампутеры считают, а реактор электричество даёт. Но вот что он НАМ говорит — это уже другое дело. Как тот епископ, который про бога тоже не находится в заблуждениях, и с монашками развлекается только в путь, однако деньги за свечки получает исправно, читая идиотские мантры с амвона на сурьёзных щщах.
Повторяю: наука с религией могут быть диаметрально различны, но простые люди — все одинаковые. И ересь начинается не в верхах данных иерархий. И не в самых низах. В верхах все всё знают и не обманываются нащот. Академики создают ценные приборы и полезные девайсы, епископы считают бабки. Бабушке из деревни Гадюкино глубоко насрать и на Символ Веры с тонкостями споров о теодицеи, и на гравитационную постоянную. Она равно может верить в науку и в религию, но не пользоваться в жизни ни тем, по большому счёту, ни другим. Все ереси — они в недоучках средней страты. С одной стороны они чего-то по верхам нахватались и какими-то основами регулярно пользуются. То есть ежедневно считают стандартные формулы сопромата или ходят в церковь, исправно читая мантры, вызубренные назубок. Знание и пользование какими-то обрывками от «знания»порождает иллюзию причастности. То, что считаемые по формулам результаты совпадают с практикой, а после посещения церкви и чтения акафиста тебе на работе выдали зарплату вроде как подтверждает истинность веры и поджигает неуёмный пыл неофита. Теперь этот счетовод или чтец дурацких мантр считает себя приобщённым и начинает «нести в массы» чего он там себе понапридумывал на тему, в которой он по сути — ни в зуб ногой.
Оттуда и лезут все эти инторнет-эксперты. Как в области наукии, так и в области насаждения религиозных знаний. В вопросах веры нас просвещают позавчера крещённые вечные заседатели опекунского совета храма Параскевы Пятницы в Гниловатых Говнищах. А в секте Маска — «Да я сисадмином 3 меяца отработал в бухгалтерии одной конторы, которая для Института Ядерной Физики хозяйственный аудит считала!». Что что те, что другие понимают в заявленных вопросах — загадка. Точнее, поверхностные знания на уровне «Слышал звон» у них, несомненно, имеется. И иногда они и правда этот звон не только воображали, но и правда слышали, а то даже имели касательство к его извлечению, однако истинной компетентности у них ни на копейку. Даже при наличии какого-никакого профильного образования и опыта работы по соседству от заявленного поприща. Какой смысл ориентироваться на данных кретинов? Никакого
О, да, они довольно убедительны. Опыт подвизания в прихожей снабдил их некой нахватанностью и способностью извлекть из википузии цитаты на любой случай жизни без истинного понимания чего они там бормочут. И «научные» адепты тут неотличимы от религиозных, тоже завсегда готовых выхватить стих такой-то из главы такой-то из «Деяний» ил «Откровения». Толку-то? И то, и другое — мантры. Без истинного смысла и понимания про что там. Единственно что, адепты фолк-науки с их верой в Петриков или Масков гораздо вреднее. Ибо они дискредитируют реально работающую науку. В отличие от фриков религиозных, которые гадят в и так сказочное и былинное. А так — одного поля ягоды и идиотия абсолютно конгениальных масштабов.
Собстно, каманчи, это всё, что я имел сказать про МММ имени святого Илона Маска.

Какую мировоззренческую теорию выбрать из их огромного множества?

Чем отличаются по форме научные теории от религиозных?
На резонные замечания о том, что сколько мистических теорий — столько и различных представлений о реальности, во многом непримиримо противоречивых, — мистики, не задумываясь отвечают: Все религии говорят об одном и том же по-сути, а различия — видимые, — в меру понимания и готовности к пониманию. Что вроде того, что все религии проповедуют одни и те же ценности. Упор — именно на моральные ценности.
Можно бы сделать такую отмазку (попытку выкрутиться от неприятного вопроса) более общей и основательной: ну, буквально все, если только не сошли с ума, хотят «как лучше» 🙂 даже сатанисты и т.п. хотят как лучше в их понимании, что такое «лучше». И тогда нет вообще никаких различий в любых взглядах 🙂 И это — очень обоснованно механизмами организации психики: у всех высших животных есть внутренние рецепторы того, что для них (именно для них лично) хорошо и что — плохо. Центры рая и ада. Поэтому все животные и люди в том числе стремятся к тому, что для них хорошо, стремятся «как лучше» и избегают того, что для них плохо. Вот в чем основа морали и ее личного понимания.
Но это приводит к разнопониманию реальности. И все теории, основывающиеся на личном отношении, все религии, оказываются не описывающими реальность, а проповедующими некую мораль основателей и последователей. В том числе, и это — превалирует, — личные представления о значимости власти.
Христианство разделилось на несколько течений не потому, что стали непримиримо большими различия в оценке «как лучше», а потому, что произошел дележ власти. И теперь православные благодатно не зависят от Рима, а правят своей паствой сами.
Наука, в отличие от мистики, занимается описанием реальности, а не отношения к ней личности и поэтому вообще ее сравнивать с мистикой некорректно. И все же, здесь будут рассмотрены те различия, которые следуют из главного.. 🙂
Внизу приведены таблицы конкретных различий религий и мистических теорий по самым основным вопросам. А вот откуда проистекают эти различия.
Во-первых, научные теории специализированы по научным дисциплинам (нет ни одной, берущейся описывать весь мир во всем многообразии и во всем объеме) и это отражает то, что человек не может охватить описанием сразу все, создать единую формулу мира, а, в силу свойств восприятия, вынужден выделять некие отдельные свойства, создавая абстракции. Поэтому каждая научная дисциплина описывает только свою часть картины мира (в определенных границах абстракции, составляющую частный случай более общих представлений), из которых состоит общая структура взаимнонепротиворечивых составляющих теорий. Для религии характерно, с одной стороны, смешение абстракций, когда присущее более частному кругу явлений переносится на включающие их более общие. Например, разум, волю — на вселенную. Отсюда — то самое утверждение мистиков, что по сути нет различий между религиями, а они говорят об одном и том же разными словами.
С другой стороны, характерно выделение абстракций, не существующих в реальности как самостоятельные сущности: энергия, истина, добро, зло, пространство, время, числа, меридианы и параллели и т.п.

Если какая-либо концепция не «разменивается по мелочам» и силится описывать мир глобально, то это — верный признак мистической теории.
Во-вторых, все научные концепции, в конечном итоге, направлены на некое практическое использование. Это происходит потому, что ими рассматриваются реальные явления и объекты, каждое из известных свойств которых может так или иначе оказывать свое воздействие. Религиозные и мистические теории невозможно использовать практически (если бы магия существовала как объективное, но пока непознанное явление, ею с успехом могла бы заняться наука). Выделенные мистические абстракции невозможно использовать именно потому, что они не существуют. Хотя самими этими абстракциями легко можно оперировать в философствованиях.
Поэтому, если невозможно сказать, в чем же польза (или значимость) той или иной концепции, то это — верный признак того, что она оперирует несуществующими сущностями. Так, можно утверждать, что вся вселенная образована из материализованных чисел, но от этого ничего не вытекает в практическом плане.
Часто в мистические теории включаются эмпирические данные, найденные опытным путем методики, к примеру, изменения состояния организма. От этого эти методики не становятся, конечно же, мистическими.
Религиозные, мистические и философские концепции, не имеющие понятий, характеризующих объективно существующее явление, использующие не конкретно определенные понятия, а некие «виртуальные шаблоны» понятий (астрал, чистая энергия, бог), которые не описывают определенные свойства явления, качественно отличаются от понятий, характерных для научного метода. Виртуальные понятия позволяют наделять описываемые явления свойствами, понимаемыми в зависимости от конкретной личности, а не в зависимости от действительно существующих свойств. Вот почему все эти понятия у разных людей даже одной религии существенно отличаются.
В-третьих, каждая из научных дисциплин опирается на открытые и многократно во всех случаях подтверждаемые законы природы (аксиомы). Предположительная часть картины мира описывается гипотезами, которые, в отличие от теорий, могут описывать несколько вариантов предположений об одном и том же явлении.
Гипотеза — это предположительное обобщение фактических данных, требующее, однако, еще экспериментального подтверждения своей правомерности до того как стать теорией — вполне достоверно доказанным обобщением, которое входит в соответствующий раздел науки.
Теории, строго основанные на аксиомах, не могут быть вдруг отменены, объявлены заблуждениями потому, что они всего лишь описывают, формализуют то, что реально наблюдается. Они могут лишь расширяться в область более общих условий. Так, механика Ньютона вовсе не отменяется теорией относительности.
В отличие от науки, в религиях нет такого понятия как гипотеза. Там всё — непререкаемые теории, неоспоримые истины. Эти истины не доказываются и не опровергаются, а принимаются на безусловную веру. Любая противоречащая истина — ересь, с которой нет возможности мириться без ущерба для веры.

Советская наука была во многом фанатична, со многими признаками религиозности. Ее многие гипотезы назывались априори теориями, что всячески поощрялось академическими авторитетами.
Главное и качественное различие науки от религии в том, что религии основываются на безусловной вере, а науки — на достоверно и многократно проверенных фактах — аксиомах, которые образуют фундамент концепции (абстракции) для ограниченных условий применения.
При этом вера — важнее даже самого объекта религии, такого как Бог. Во многих системах фанатичной веры нет понятия Бог или он, по типу деистических, не является главным в этой системе. Например, коммунистическая идеология обладает всеми атрибутами системы, основанной на фанатичной вере, но вместо веры в Бога в нем — вера в несуществование Бога.
Система фанатических взглядов начинает развиваться как в отдельной личности (в форме навязчивой идеи, которая может быть внешне неотличима от научных идей), и расходится в обществе, завладевая другими личностями. Вот тогда это и называется религией.
Религия способна подчинять себе множество личностей, безусловно поверивших в нее. И тогда, чаще всего, такую религию организуют ее лидеры, превращая в политическую силу воздействия на людей.
Как правило, каждая из мистических теорий описывает мир полностью «от и до», обособленно, не ссылаясь на другие мистические теории. Ни одна из них по охвату различных сторон мира (дисциплин) не может и близко сравниться с научной картиной, даваемой всей совокупностью научных дисциплин, которая описывает ВСЕ известные человеку явления природы, человека и общества, в то время как мистические вообще не упоминают некоторых из этих сторон и направлены, акцентированы, в основном на поведенческие аспекты человеческого бытия. Характерно для религии наличие в них таких понятий, которые отсутствуют в других (карма, космический разум, многие эзотерические представления, личности божеств и их представителей, )
Если научные термины — строгие понятия (не включают в себя неопределенные элементы), то мистические (чистая энергия, чистые знания, чистая информация, чистое сознание и т.п.) — это вообще неформализуемые понятия.
Все мистические учения и религии характеризуются своими, специфическими представлениями буквально по всем вопросам, включая этические. Часто их представления взаимоисключающи.
Каждая религия утверждает, что именно она — источник истины, только она правильно описывает Мир и Бога, т.е. непримиримо отрицает положения других религий. Те, кто пытается доказать, что, по сути, все религии говорят об одном и том же, противоречат утверждениям самих религий об этом. Да и одно дело разными словами описывать некую одну и ту же суть и совсем другое — придавать этой сути совершенно различные, взаимоисключающие свойства и качества.
Вот как различные учения, теории и религии отвечают на определенные вопросы.
Христианство
Буддизм
Ислам
Коммунизм
Субъективистские теории
Карлос Кастанеда
Засланец Урантии
Некто Сан Саныч исходный сайт
Иринушка исходный сайт
Монро
Гроф
«Беседы с Богом» Нила Дональда Уолша

Франклин МЕРРЕЛЛ-ВОЛЬФ
Елена Блаватская
Полная таблица
Про мистические теории часто говорят, что
1) они наравне с наукой исследуют реальность: наука физическую часть мира, мистика — божественную (а не просто духовную, т.к. таковую исследуют огромное количество научных дисциплин в контексте изучения этносов, истории, культуры, социумов, психики, этики, искусства и т.п.).
2) в религиях и мистических теориях есть много общего, что доказывает не выдуманность, а некую объективность мистических представлений.
Если мистика действительно эффективно исследует непознанное наукой, то должна давать некоторые общие представления об этом непознанном, общие для любого, кто пожелал бы ими воспользоваться. Действительно, начав изучать любую религию или мистическую теорию по ее текстам, находишь вполне определенные понятия, которые невозможно трактовать в своей основе произвольно, личностно. Хотя такие понятия как Бог, душа, энергия и не раскрывают в действительности своей природы, сути (так и оставляя не только непознанным, но и предоставляя широкие возможности индивидуальных толкований), но их отдельные черты и свойства часто описываются вполне однозначно. Именно по ним, казалось бы, и можно почерпнуть то, в чем все эти теории дополняют науку.
Я постарался выделить это, не отдавая предпочтения ни одной из религий, т.к. нет никакого критерия считать, что одна из них более «правильно», чем другая описывает непознанное. В том числе рассмотрел и несколько характерных, известных и не очень, мистических теорий, авторы которых утверждают свою несомненную причастность к Знаниям.
Некоторые религии и теории демонстрируют некоторую преемственность по отдельным вопросам, но резко расходятся в других вопросах.
Как на религии неизгладимый отпечаток наносит время их создания и специфика культуры, так и на теории отдельных авторов — особенности их личности и занятий.
У Кастанеды — контекстом всему — понятие о Воине, явно проистекающее из шаманских индейских традиций.
Иринушка — выраженный интроверт и, соответственно, ее представления как бы обосабливаются вокруг ее собственной личности и внутри своей личности.
Блаватская — переколбасившись всеми буддистскими теориями, обобщила их в меру собственного понимания и в силу развития науки и культуры того времени (то, о чем мечтают многие современные мистики, она, в принципе, уже сделала попытку осуществить, но эта попытка слишком быстро морально устарела).
Гроф и Монро — к мистике пришли через психоделические личностные переживания и все их представления носят отпечаток субъективных переживаний личности во всем фантасмагорическом разнообразии.
Сан-Саныч поразившись открывшейся ему идеей, что всему причиной Истина, упоенно сгенерировал целое учение на основе этой мысли.
Христианство стоически и, несмотря ни на что, пытается натянуть расползающиеся формы и мораль староватой религии к новым реалиям.
В этом направлении Ислам решительно осовременил религию.
Книга Урантии вообще радикально подошла к осовремениванию, но психологично дает возможность перейти от христианства к более современной религии.

Вот как по отдельным вопросам конфликтуют различные религии и мистические теории.
Бог
В Беседах с Богом Бог — это чистая энергия. У Сан-Саныча — сначала была истина, а потом — Бог. По Блаватской, Книге Урантии и Грофу — Бог — все сущее в природе, сама природа. По Кастанеде Бог для Видящего выглядит как неизмеримый иссиня-черный Орел — Намерение, которое соединено со всем существующим во Вселенной. Христианство и ислам подразумевают некий Дух, который творит все сущее.
Все эти определения резко различаются в самой своей сути.
Личность Бога
Блаватская подчеркивает отсутствие личности у всех, кроме человека, в Беседах с Богом, — несомненная личность, которая общается вполне по-человечески, а в книге Урантии это утверждается прямо. По Кастанеде, Орел — сила, правящая судьбой живых существ, т.е. фактически царь, личность, хотя все сущее — его часть. Т.е. он правит своими частями.
Дьявол или нечто, противопоставляемое Богу
В Беседах с Богом существовование дьявола отрицается — это всего лишь изобретение мужчин. Кастанеда и Блаватская упоминают его часто, подразумевая его существование.
В христианстве — падший ангел и враг человека, в некоторых религиях и теориях (Книга Урантии, Сан-Саныч, Иринушка) не упоминается.
Всемогущество Бога обычно признается неограниченным (несмотря на известные противоречия к которым это приводит), но вот Сан-Саныч ставит Истину и ее законы выше и Бог не может их изменить. Блаватская же заявляет, что » Чудес нет. Все, что происходит есть результат закона — вечного, нерушимого, всегда действующего.», т.е. раз нет личности, нет смысла говорить о могуществе.
Существует ли Бог как объект- обычно трактуется очень туманно. В христианстве и Книге Урантии — это несомненно. А вот У Сан-Саныча, как у субъективистов, материя — мысль Бога.
Иисус Христос
Есть религии, где он — ключевая фигура, а есть, где он не упоминается или даже упоминается пренебрежительно (у Кастанеды, например).
Понятие ангелов довольно сильно различаются: у Блаватской — это бывшие люди. В Христианстве — порождения Бога.
О законах природы разнобой не меньший: христианство утверждает, что ничто не делается без воли божьей (а, значит, и все горести и пакости), Кастанеда — что все — итог мысленных усилий всех живых существ, Иринушка, что универсальный механизм вселенной — Глобальная Сила Познания, Гроф и Монро — что эти законы иллюзорны, в Беседах с Богом — что Бог установил эти законы, Блаватская — вполне согласна с представлениями о них науки вплоть до эволюционной теории.
По поводу материи Кастанеда и Иринушка говорит, что мы — пузыри энергии, Сан-Саныч, что материя — этап трансформации Истины, у Грофа — наиболее примитивные представления, вплоть до отождествления с «твердым» веществом, но схож с Блаватской в том, что все — есть жизнь, даже отдельные атомы, которые притягиваются только благодаря своему желанию (оно у них удивительно монотонно и постоянно 🙂 ).
Понятие причины и следствия у всех разительно непохожи. Психологи, начиная с Юнга, кончая Грофом, Монро, Уилсоном вообще отрицают такую связь, допуская возможность влияния будущего на прошлое и разных ничем не связанных событий настоящего друг на друга. У Блаватской такая связь строга и доводится до абсурда в теории кармы. Кастанеда будто и не слыхал о таком.

Сны для Монро — это полеты души вне тела. Для Блаватской — связь мозга с высшим Эго. У Кастанеды — обычная физиология с возможностью владеть своим обычным сном, переводя его в контролируемое состояние сознания.
Даже тема бессмертия души, как ни странно, трактуется совершенно по-разному. Так Иринушка ее вообще отрицает. Блаватская различает бессмертную индивидуальность человека и его смертную личность. Для Кастанеды это — всего лишь сохранение осознания. Для Христианства — сохранение личности. У Сан-Саныча: Если ты не достиг состояния, когда душа обрела определённость в существовании, при материальной смерти, умирает всё, и ничего не остаётся, то есть абсолютно ничего.».
Реальность у Кастанеды — существует лишь постольку, поскольку такой его делает наше осознание. У Блаватской — единая реальность — первопричина всего, что было, есть и будет. В книге Урантии реальность «в понимании конечных существ — частична, относительна и призрачна».
Знаменитая библейская фраза, что Бог- есть Любовь, у самого христианства — лишь на словах, поддерживается в Книге Урантии. В Беседах с Богом это расширяется до равноценного признания «не любви». Интроверт-Иринушка даже не упоминает любовь. А у Кастанеды, который тоже не упоминает любовь, главной силой утверждается Страх и стремление к смерти.
Понятие Кармы — только в религиях и учениях, производных от буддизма.
Представление о задачах Земного воплощения — различается кардинально. Для христианства жизнь тела — испытания души. В буддизме, для Иринушки — школа самосовершенствования. В Беседах с Богом живут только затем, чтобы «вспомнить и создать заново то, Кем Вы Являетесь».
Мораль и заповеди — разительные расхождения. У Кастанеды Воин не испытывает угрызений совести за что-либо содеянное. В христианстве и исламе есть четкие правила, заповеди, причем в христианстве они остаются на словах. В Беседах с Богом тот заявляет, что никогда не устанавливал, что является правильным, а что не правильным. У Блаватской мораль и этика — основа кармической причинно-следственной связи.
По поводу свободы воли, как ни странно, почти все теории и религии предполагают свободы воли, даже христианство где утверждается, что все происходит по воле божьей. Но обычно по этому поводу везде встречается много противоречий.
По поводу творчества — самые разные взгляды. У Кастанеды — все, что делают люди — бесконечная глупость. У Иринушки — заслуга Космического разума. Блаватская говорит, что «Нигде человек не является так ясно и непреложно создателем своей судьбы, как в области умственной.»
О желаниях и их осуществлении многие современные мистики говорят, что они «материализуются», выполняются. Однако, Кастанеда считает, что это то, что делает нас несчастными. Блаватская утверждает, что это — могучая сила, разлитая во всей Вселенной, без которой не было бы и движения (т.к. все — живое, то и движется благодаря своему желанию).
Понятие Рая в христианстве сначала земной сад, потом царство небестное. У Кастстанеды путь у воина — только в ад. В Книге Урантии рай некое местечко во Вселенной с совершенно фантастическими свойствами. В Беседах с Богом тот утверждает, что рай и ад существуют лишь в нашей голове.

Смерть в христианстве — наказание за первогрех и душа воплощается лишь один раз. У Кастанеды — неизбежность. В буддизме, у Блаватской и у Иринушки — всего лишь конец очередного этапа развития. У Сан-Саныча — после смерти возникает новая Истина и новый Бог в своей персональной вселенной.
Истина воспринимается по-разному. У Кастанеды истина бывает ровно настолько, насколько ты понимаешь. У Иринушки сколько людей столько и истин. В Разговоре с Богом — внутренний голос. У Грофа и Монро истин может быть сколько угодно и каждая является истиной. У Сан-Саныча истина — первооснова всего, то есть фундаментальна и одна на всю вселенную.
Призвание человека в христианстве — любовь и верность к Богу и его заповедям. В буддизме — преодоление страдания, кармическое самосовершенствование. У Кастанеды «ничто не имеет особого значения, поэтому воин просто выбирает какой-то поступок и совершает его». У Сан-Саныча — изучить Бога. У Иринушки — сближение с Космическим разумом. В беседе с Богом — познание себя как Бога. У Блаватской — стать Адептами, новой расой.
Альтруизм — у Блаватской — задача самосовершенствования в абсолютное бескорыстие. У Кастанеды — воля воина делать его глупости. У Иринушки — резко отрицательное отношение к альтруизму.
Отношение к богатству у христианства резко отрицательное но только на словах. У Кастанеды — воин не должен ничего иметь. У Иринушки — всегда пожалуйста. По Блаватской материальное богатство задерживает развитие.
К науке все религии относятся скептически, враждебно, даже если на словах ратуют за нее, за слияние с наукой и т.п. При этом практически все современные религии и теории прикрываются наукообразными терминами и фразами, а понятие опыт становится чуть ли не неотъемлемым атрибутом.
Наркотики в равной мере или приветствуются или категорически порицаются. Кастанеда, Гроф, Монро — приветствуют их. В Буддизме вместо наркотиков, но с той же целью используются медитации и дыхательные упражнения.
Как видно, даже в самых основополагающих представлениях мистические теории расходятся кардинально, совершенно по-разному трактуя «не познанное». Какой из них отдать предпочтение? Какие критерии истины применить, чтобы выбрать, что же истинно?
Может быть, следует из всех выбрать самое «правильное»? Так и поступают современные мистические теории. У христианства взяв окрыляющее «Бог — есть Любовь», а из буддизма — перевоплощение, но уже не растворение в нирване без остатка, а самосовершенствование до божественной мощи. А заодно, чтобы не сковывать себя обременяющей моралью, подшаманив тантру и возлюбя партнеров как бога, трахаться без оглядки самозабвенно. Большой любви на всех хватит.
Но пройдет не много времени и «правильное» уже не будет казаться таким уж желанным и правильным. Представления и культура резко меняются. Религии и мистические теории морально стареют. И нет им покоя 🙂
А вот несколько более глубокий взгляд на различие в религиях: Сравнительный анализ религий.
А это — аллегории на тему общих черт религиозного: Сравнительная хэнкология

Религия, искусство, наука. В чем разница?

Научный период развития психологии принято считать с 1879 года – с создания Вильгельмом Вундтом лаборатории экспериментальной психологии в Лейпциге.

Эта дата «начала научного периода» психологии достаточно условна, поскольку экспериментальный подход в иследовании психический явлений и процессов применялся и до этого. Можно вспомнить хотя бы гипнотические опыты И.Бенгейма, Ж.М.Шарко, Д.Брейда и др. Гипноз был признан научным методом в психиатрии с 1843 года (публикация книги Д.Брейда по гипнозу).

Как бы там ни было, наукой психология стала считаться с 1879 года. Однако, как вид деятельности, психология (психотерапия) насчитывает много тысяч лет и вобрала в себя огромное количество представлений и практик из всей истории человечества. Все эти представления и практики донаучного периода были представлены в контексте религии и искусства.

Современная психология считается наукой, но по факту, содержит в себе достаточно большое количество элементов и религии и искусства. Более того, в практической работе психолог чаще выступает, как деятель искусства, чем как деятель науки.

Все три исторические основания психологии, религия, искусство и наука, имеют определенное место в парадигмах деятельности психолога. Иногда эти основания дополняют друг друга, иногда конкурируют, иногда мешают друг другу. Часто между коллегами разгораются споры о приемлемости или неприемлемости того или иного приема работы по причине его достаточной или недостаточной научности.

Для понимания роли, доли и целесообразности элементов религии, искуства и науки в тех или иных приемах работы важно различать между собой эти элементы и понимать смысл их «присутствия».

Итак.

Религия – один из самых древних видов деятельности человека, наряду с охотой и собирательством. Первобытные религии содержат в себе элементы всех остальных культурных видов деятельности, которые позже стали самостоятельными и «светскими» – изобразительное искусство, театр, музыка, танцы, искусство врачевания, военное искусство и др. Однако, у религиозной деятельности есть очень важное отличие – она предполагает общение с духовными существами и действия в духовном пространстве. Иследователь первобытных культур Майкл Харнер пишет, что для первобытного человека воображение – это мир духов (кн. Путь шамана — М., 1994).

Здесь нужно заметить, что современные виды религии значительно отличаются по своим представлениям о мире от древних религий. В современном обществе религия предполагает общение с духовными существами достаточно условно и часто вообще не предполагает обратной связи от духовных существ. Есть даже такой каламбур: «Разговор человека с богом – это молитва, разговор бога с человеком – это шизофрения». Таким образом, в современных религиях общение с духовными существами в значительной степени табуировано. Вместо этого возникает церковная организация, которая опосредует и контролирует это общение, иногда довольно жестко, как инквизиция. Но это отдельная тема.

Основная черта религии все же – общение с духовными существами и деятельность в мире духов. Результат религиозной деятельности – помощь духовных существ. Этот результат непредсказуем и выглядит, как чудо.

Искусство – как самостоятельный и светский вид деятельности выделяется из религиозной практики достаточно поздно, после «эпохи возрождения». Искусство отрывается от религии где-то в 18 веке. До этого оно оставалось достаточно религиозным и жестко контролировалось инквизицией (вспомните Леонардо да Винчи).

Однако и религиозное и светское искусство имеют основной задачей воздействие на эмоциональную сферу, произведение «впечатления», внушение состояния, через художественный образ.

Основной ценностью художественного образа является его оригинальность. В связи с этим, например, копия картины художника – уже не имеет ценности произведения искусства, а цениться в десятки и сотни раз дешевле (как копия). Копирование голоса известного исполнителя – всего лишь пародия.

Наука – возникает в истории человечества несколько раз в разных цивилизациях – в древнем Китае, древней Индии, древнем Египте, древней Греции, у арабов (с 8 в.), в Европе (с 12 в.).

Возникновение науки связано с усложнением материального производства и необходимостью получать известный, предсказуемый результат.

Древняя наука у китайцев, индусов, египтян, греков, арабов была тесно связана с религией (как общением с духовными существами) и никогда от нее не отрывалась. Европейская наука так же тесно была связана в начале с религией. Она развивалась в монастырях при финансировании и под контролем Ватикана. С 12-го века наука называлась «ученой магией» и до наших дней сохранила ученую степень «магистр». Однако, где-то в восемнадцатом веке, вместе с появлением «светской культуры» наука «оторвалась» от религии и даже противопоставила себя ей.

Однако, отличительная черта науки совсем не в противопоставлении ее религии, а именно в направлености на получение предсказуемого результата деятельности. Именно этого требует массовое производство. Каждый предмет, который признается ценным для общества требует стандартизации своего качества. Например, покупая автомобиль определенной марки, мы знаем, что он обладает имеено определенными характеристиками. Разницу качества может составлять лишь место сборки. Но сам вид автомобиля и его основные качества предполагаютя стандартными.

Стандартизация предмета деятельности достигается стандартизацией условий ее выполнения. Отсюда ценость эксперементального подхода – при выполнении стандартного действия мы получаем стандартный результат.

Итак – теперь коротко. Результатами деятельности являются:

В религии – деятельность в духовном пространстве и чудо.

В искусстве – впечатление через оригинальный художественный образ.

В науке – предсказуемый результат.

В психологической практике являются ценными все эти три составляющие. Ни одну из этих составляющих исключить, без значимой потери эффективности работы, невозможно.

Как бы мы не пытались «онаучить» психологию, однако деятельность в духовном (психическом) пространстве для нас необходима. Как бы мы не уходили в «контекст искусства», а иметь в ряде случаев предсказуемый результат – так же важно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *